Девушка лукаво взглянула на ярла Эйнара и наморщила носик:
— Чужие люди — это всегда хорошо, узнаем от них много нового! И о них самих тоже! Пусть остаются!
Спрятав от посторонних глаз все эмоции, Клепп невозмутимо наблюдал за высадкой викингов. Криков и смеха не было слышно. Воины переходили по трапу на пирс и не спеша шли мимо хозяина фьорда на берег.
Клепп покинул драккар последним, следуя по пятам за ярлом Эйнаром и Мэвой. Он видел, как совсем незаметно для посторонних глаз руки молодых людей соприкоснулись, а лица вмиг поглупели от счастья. Берсерк уже не сомневался, что теперь из фьорда их драккар уплывет не скоро. Возможно, викингам придётся зимовать в чужом посёлке.
И предчувствие не обмануло его.
Целые дни ярл Эйнар проводил подле Мэвы и её отца, словно забыв обо всём на свете. Давно был закончен ремонт драккара, пополнен запас пресной воды и пищи, а ярл молчал, как будто и вовсе не собирался покидать гостеприимный фьорд. Предоставленные самим себе, викинги от безделья начали роптать. Они хотели поскорее вернуться домой к своим семьям. Видя всё это, Клепп предпринял несколько попыток поговорить с ярлом, но тот с благодушной улыбкой отмахивался от всех вопросов и просьб своего телохранителя, не желая обсуждать сроки отплытия.
Незаметной чередой понеслись похожие друг на друга дни.
Сам того не замечая, великан подружился с управляющим ярла Харальда — степенным и рассудительным Бейниром. Долгие вечера они проводили в беседах, сидя у очага с чашей пива в руках. Вот от него Клепп и узнал тогда о недавней любви Мэвы и ярла Эгиля, отправившегося в морской поход, чтобы собрать выкуп за девушку. По всем прикидкам Бейнира, ярл Эгиль на своём драккаре уже должен был прибыть во фьорд. И это очень беспокоило умного и предусмотрительного управляющего, который не хотел стать участником любовных разборок в своём посёлке.
На следующее утро после услышанного Клепп снова пришёл к ярлу Эйнару и застал его в плохом настроении. Ему надолго запомнился тот разговор.
— Ну что, опять хочешь уговаривать меня поторопиться с отплытием, а то скоро начнётся сезон бурь? — густые брови ярла слились в одну линию, а пальцы правой руки подёргивали изрядно отросшую бороду.
— Не с тем пришёл я к тебе, — угрюмо начал великан. — Знаешь ли ты, что Мэва принимала ухаживания ярла Эгиля и сама оказывала ему знаки внимания? У них всё шло к сговору и свадьбе!
— Вот только слова она ему не давала! — ярл тяжело и резко выдохнул, глаза его в гневе сощурились, а желваки на скулах побелели. — Мэва сама рассказала мне обо всём!
— Но ведь это с её молчаливого согласия ярл Эгиль уплыл добывать выкуп! Он же уверен, что Мэва будет его ждать! — Клепп осуждающе покачал головой. — И что ты теперь думаешь делать?
— Не знаю, — ярл Эйнар мягко и как-то смущённо улыбнулся.
— Если ярл Эгиль появится здесь, быть беде. Нельзя так долго выжидать! Нужно что-то решать!
— Наверное, Клепп, ты прав! Похоже, пришла пора мне жениться, а лучшей девушки, чем Мэва, найти сложно!
— Да и союз с ярлом Харальдом нам не помешает, — ехидно хмыкнул великан, пристально вглядываясь в глаза собеседнику, поведение и слова которого не позволяли полностью ему верить.
— Ты слишком умён, Клепп, чтобы скрывать от тебя думы мои! Действительно, этот союз принесёт нам много пользы. Ярл Харальд не только близок конунгу, но и сам имеет немалую силу воинскую. Когда-нибудь она станет моей, в том я не сомневаюсь, ведь у него нет сыновей-наследников.
— Так что же ты медлишь, ярл? — не удержался от вопроса великан.
— Всё оказалось не так просто, как я думал. Сначала нужно получить согласие самой Мэвы, а она, кажется, всё ещё сомневается во мне. Но думаю, что скоро я её уговорю.
— А ярл Харальд?
— Выполнит любое желание своей дочери! Я уже сказал ему, что хочу взять Мэву в жены.
— А он?
— Посоветовал договориться с Мэвой. Если смогу это сделать, то на ближайшем тинге мне позволят просить её руки!
— Вчера Бейнир говорил, что тинг состоится через пять дней. Нужно поторапливаться!
— Этой ночью у нас с Мэвой будет жёсткий разговор. Если она откажет мне, то завтра начнём готовиться к отплытию.
— Надеюсь, у тебя всё получится!
И этим их надеждам суждено было сбыться.
Вот только правильно ли они тогда поступили?
Клепп зябко поёжился, возвращаясь мыслями к предстоящей битве, и снова окинул пристальным взглядом раскинувшийся перед ним вражеский лагерь.
Неожиданно что-то заставило великана тихонько охнуть и стремглав броситься к лестнице. Он придумал, как начать утром битву, при этом сохранить и уберечь от чужих стрел своих викингов.
Громкий заливистый лай собак прервал чуткий старческий сон. Глаза Кагеля открылись. Он очень любил эти мгновения пробуждения, когда остатки сна перемежались с первыми появившимися мыслями. И какими они были — от того зависел наступивший день, собственное настроение и совершаемые дела.
Вот и на этот раз все думы его как-то сразу сосредоточились вокруг Врана — своего племянника, пришедшего нынешней весной с викингами на Вину и развязавшего с горожанами новую войну.
