Борута приподнял сухонькое тело князя, помогая ему занять полусидячее положение среди многочисленных подушек, и пошёл к выходу.
Они вошли стремительным и твёрдым шагом, приблизились к изголовью постели и замерли, с тревогой всматриваясь в исхудавшее болезненное лицо князя, в каждой чёрточке которого сквозили усталость и равнодушие. Лишь блеклые старческие глаза по-прежнему смотрели жестко и даже с какой-то лёгкой издевкой, привычно вызывая холодок в спине.
— С чем пожаловали? — встретил он их тихим скрипучим голосом.
Первым заговорил князь Гостомысл:
— Государь, не буду утомлять тебя длинным рассказом… На том берегу отряды викингов грабят и жгут мелкие посёлки, убивают жителей.
— Они поступали так всегда! Что дальше? — князь Буривой насупил седые лохматые брови.
— Наши люди застали за таким разбоем небольшой отряд да́нов и почти всех их перебили. Спасти удалось два десятка человек, среди которых оказалась раненная копьём девушка. Имя её Аслауг.
— Странное какое-то имя. Похоже, иноземное оно. Но неужели вы оба пришли ко мне из-за девушки? — старик ехидно улыбнулся.
— Да, государь! Но ещё вот из-за этого! — князь Гостомысл протянул вперёд руку, с указательного пальца которой свешивалась цепочка из мелких колец с приваренной к ней гривной. — Это украшение мы сняли с шеи девушки!
Он заметил, как прищурились глаза старика, сжались и побелели его кулаки.
— Она жива? — голос старого князя дрогнул.
— Пока жива, но рана на боку ужасная! Мой лечец осматривает её! — вступил в разговор Кагель.
— Ну-ка, дай мне! — Князь Буривой оторвал голову от подушки, всем телом потянулся вперёд и протянул скрюченную ладонь, в которую тут же легла гривна, а поверх неё змейкой скользнула цепочка. Длинные сухие пальцы с жёлтыми ломаными ногтями медленно прошлись по звеньям цепи, перешли на гривну, ощупывая все её выпуклости и впадинки. Только после этого старик поднёс украшение к своим подслеповатым глазам и долго с удивлением на лице рассматривал его, что-то бормоча себе под нос. Наконец он откинул голову назад, тяжело вздохнул и прикрыл морщинистыми веками глаза.
Стоящие перед ним мужчины терпеливо ждали.
Молчание было таким долгим, что Кагель не выдержал и негромко кашлянул.
Белесые глаза старого князя открылись, и лёгкая улыбка коснулась его губ.
— Не беспокойся, брат, я не уснул, а думал о том, откуда могла взяться эта гривна и чья она. Вы ведь оба хотели это у меня узнать?
— Так оно и есть, государь! — Посадник перевёл взгляд на князя Гостомысла. — Мы опасаемся возможного заговора. Похоже, есть неизвестные нам родичи. Кто они? Неужели ты о них ничего не знаешь?
— Что ж, я расскажу вам всё, что мне известно о гривнах. — Старик разжал кулак и снова взглянул на лежащее на его ладони украшение. — Сравнить наш род с солнцем придумал когда-то давно ещё мой прадед князь Годислав. А началось всё с того, что жена родила ему трёх сыновей. Вратибор и Переяр погодками были, а Волемир на десяток годов от них отстал. Любил их князь безмерно, а особливо младшенького, но держал всех в большой строгости, воинскому ремеслу и разным наукам учил сызмальства. С младых лет старших сыновей в походы с собой брал, а как выросли — стал доверять им самим дружины водить. Во многих битвах довелось им побывать, хорошо себя проявили. Но не войнами одними жить должны люди. Продолжение рода — вот что главное. Подошло время женить старших княжичей. Начали боляре им невест подбирать из родов чужеземных, сильных и многочисленных. Нужны были князю Годиславу союзники, готовые прийти ему на помощь в случае войны с врагами. Мечтая о внуках, он придумал гривну для рода своего, чтобы можно было отличать будущих княжичей и понимать, чьи они дети и внуки.
— Зачем это нужно? Люди ведь и так знают своих князей и княжичей! Да и как по гривне можно что-то понять? — передёрнул плечами Кагель.
— А ты послушай, не перебивай! — фыркнул старик и продолжил: — Гривны те делал князю его златых дел мастер. Умелец ещё тот! Были они простые и понятные. Вот смотрите. — Рука князя Буривоя что-то долго искала под оголовьем постели и наконец положила на покрывало украшение. — Здесь большое внешнее кольцо, сплетённое из трёх золотых проволок-нитей, а внутри выпуклый диск, похожий на солнце. Между диском и кольцом проложены тонкие золотые нити — солнечные лучи. Их много.
— Но это не та гривна, что мы принесли тебе, государь! — князь Гостомысл с удивлением смотрел на своего отца.
— Вы принесли мне эту? — старик снова вытянул руку, и вторая гривна вместе с цепочкой легла рядом с первой. — Ну и чем они отличаются?
— На нашей гривне вместо цельного диска маленькое кольцо. Но всё равно это солнце с тонкими лучами!
