Подъехала Аврора. Если ее не заметил Троцкий, то вся остальная улица заметила. Ее императорское величество освятило своим присутствием скромный квартал Вены. Упреки в неосторожности застряли у Шандора в горле, он замер в восхищении, когда Аврора впорхнула в квартиру. Она была великолепна. При полном параде. Явно побывала у парикмахера и портного. Была завита, надушена, возбуждена. Я заподозрил, что Аврора успела припудриться кокаином, но она быстро развеяла мои подозрения.
– Я и не знала, что грабить собственного отца так весело. Потрясающее ощущение. Никакого кокаина не надо. Вот бы доктор Фрейд удивился. Или не удивился. У вас тоже приподнятое настроение, я вижу. Это хорошо. Значит, вы справитесь с отцом, Троцким и их охранниками завтра.
– Какими охранниками? – встрепенулся Шандор.
– Один у отца точно будет. Это его слуга и телохранитель.
– Вы думаете, что и у вашего революционера будут охранники? – упавшим духом спросил потомок бесстрашных гусар Баториев.
– Да, – улыбаясь, ответил я. – Как минимум один. Ваш покорный слуга!
– Вы?!
– Да, я. Но Троцкий пока об этом не догадывается.
– Ты не устаешь меня удивлять, мой серый волк! Какое коварство! Как ты его убедишь взять тебя в охранники?
– Тут есть одна деталь. Деньги твоего папаши интересуют еще кое-кого.
– Кого?! – хором спросили Шандор и Аврора.
– Моих товарищей по партии. Каким-то образом они узнали, что у Троцкого намечается крупная сделка, и приехали узнать, в чем дело. Сегодня я встречаюсь с нашим подопечным и расскажу ему об этом. Думаю, он возьмет меня в дело. Так мы узнаем, где и когда будет сделка. Вопрос в том, что предпринять? Что делать? Вечный русский вопрос.
– Ты что-нибудь придумаешь, – уверенно сказала Аврора и нежно погладила меня по голове. Ее пальцы задели огромную шишку на затылке, и мы вскликнули одновременно. Я от боли, она от удивления и ужаса.
– Что это?!
– Ерунда, – как можно беспечнее ответил я, – один из товарищей попробовал мою голову на прочность. Кастетом. Она выдержала.
– Как ты пойдешь на встречу с Троцким? Может, этот человек с кастетом снова тебя подкараулит?
– Не подкараулит. Я тоже попробовал его голову на прочность. Она оказалась гораздо мягче моей. Сегодня он нам больше не помешает. Но ты права, за Троцким наверняка следят.
– А где вы встречаетесь? – задумчиво спросил Шандор.
– Флер де лиз.
– Отлично. Тогда, считайте, что вы уже освободились от хвоста. Положитесь на меня!
Вид у нашего адвоката был и торжественным и лукавым.
13
Троцкий явно нервничал. Увидев меня, скривился, как будто Пуришкевича увидел. Разговор начал без поклонов и приветствий, даже про свою всегдашнюю язвительность забыл:
– В чем дело? Что вам надо?
– А я думал, вы мне обрадуетесь. Шампанское закажете или вино. Шато «Ротшильд», например.
– Барон в ярости. Это вы помогли Авроре скрыться?
– Вы же знаете, что да.
– Барон таких вещей не прощает.
– У барона, как я понимаю, сейчас другие заботы.
Троцкий побледнел. Он посмотрел на меня пристально, пытаясь угадать, что мне известно.
– Да, все мне известно, – опередил я его вопросы. – Все про ваши денежные дела с бароном. Просто мировой заговор какой-то.
– Это шантаж? Вы хотите своей доли?
Я уж не стал говорить, что хочу не доли, а всех денег.
– Что вы, милейший, я просто хочу вам помочь. Ваша проблема не во мне.
– А в ком?
– В ваших товарищах по партии. В ваших соратниках и соперниках.
– Вы им все рассказали?! – в отчаянии воскликнул Троцкий.
– В том то и дело что нет. Вас кто-то сдал задолго до нашего знакомства. Ваши внутрипартийные враги знали все заранее. Точнее не все. Они знали, что у вас появятся деньги, знали, что деньги появятся в результате какой-то сделки. Но с кем сделка, когда, где, а самое главное, в чем предмет сделки они не знали. Поэтому и приехали сюда выяснить. Возможно, они и сейчас за нами следят.
– Кто это они? Назовите их.
– Судя по тому, что они не хотят попадаться вам на глаза, вы их хорошо знаете. Меня давно удивило, что если весь сыр-бор в газете, то почему они не хотят поговорить с вами напрямую, а посылают меня.
– Ну же, не тяните.
Взвесив все «за» и «против», я решил сдать своих товарищей.
– Некто Авель.
– Пешка, – презрительно фыркнул Троцкий. – Жалкая, ничтожная личность.
– Некто Коба.
– А это уже серьезно. Коба – боевик, участвовал в «эксах». Значит, в случае чего, меня готовы устранить. Кто еще? Должен быть главный. Кто мозг группы?
– Анна Григорьевна Заречная.
– Нет. Только не эта, – застонал Троцкий.
– Что такое? Вы не поклонник ее таланта?
– Наоборот, я хорошо с ним знаком. У нее убийственный талант. Смерть Морозова в Ницце – ее рук дело. Она главный организатор устранений. Если Старик послал ее, значит решение на мой счет принято.
– Скройтесь.
– Я могу скрыться, но если барон узнает, что у меня возникли серьезные трудности, то просто отменит сделку. Он не должен ничего узнать.
– Если вы ему не расскажете, он и не узнает, – глубокомысленно заметил я.
– А вы? –Троцкий вцепился в меня глазами.
– А что я? Я – могила. Сказать по правде, я заинтересован в небольшой сумме денег. Поэтому надеюсь, что ваш план сработает.
