– Если это боги, пускай придут сами и возьмут, – громко возгласил Фёдор, прижимая к себе мальчика. – Или не могут они ходить, ваши резаные деревяшки?
Толпа от ярости взвыла. У кого-то были с собой топоры, ими стали рубить столбы, на которых держались сени.
– Не бойся, сын, – твёрдо сказал Фёдор, видя близкую смерть. Одной рукой он обнимал Ивана, второй перекрестился. – Господь примет наши души.
– Я не боюсь, отец! – Мальчик тоже осенил себя крестным знамением.
Столбы под ним затрещали. Сени медленно, с ужасным грохотом обрушились наземь. Кого-то из толпы задавило ими. Разметав обломки, киевские язычники добили раненых Фёдора и его сына.
Князю Владимиру сообщили о случившемся.
– Он предпочёл умереть сам, чтобы не отдать богам сына? – переспросил князь.
Поступок варяга-христианина его поразил, заставил глубоко задуматься. С одной стороны, казалось, что боги покарали дружинника за оскорбительные речи. А с другой… даже мёртвые Фёдор и его сын будто говорили: «Вы нас не одолели, мы ушли от вас победителями». Смутно припоминались Владимиру и рассказы бабки Ольги – о том, как римские цари мучили христиан, чтобы заставить их отречься от веры в Единого Бога. И как те, мученики, с радостью шли на страшные пытки и смерть, славя своего Господа. Ради чего они так делают? – не понимал князь.
Он начал размышлять: так ли уж хороши языческие боги? Не стоит ли поискать в мире веру более надёжную, более светлую – более истинную, наконец? Такую, как единобожие, которого держатся и греки, и болгары, и чехи, и немцы, и хорезмийцы, и ширванцы, и многие иные народы на западе, юге и востоке земли. Не одна ли Русь в окружении этих народов и их государств остаётся многобожной, поклоняется богам, которые жаждут крови?
Таких вопросов у князя Владимира накопилось много. И вот он стал получать на них ответы, потому что сказано: кто ищет, тот найдёт. И ещё: кто стучится, тому отворят. Владимир стучался в двери, за которыми обитала вера, так нужная ему. Вера в милосердного Бога, прощающего людям их вину и преступления. Бога, который снимет с его сердца железный давящий обруч, который не будет заставлять его закалывать в жертву детей знатных горожан.
В Киев тогда прибыло посольство из Волжской Булгарии. Князь Владимир обещал заключить с булгарами мир и своё слово сдержал. Но ещё ему была интересна их вера – ислам. Он стал расспрашивать послов:
– Какова ваша вера и каков ваш Бог?
– Наша вера в том, чтобы слушаться Аллаха и исполнять слово, реченное его пророком Мухаммедом, – охотно поведали булгары. – Пророк запретил нам есть свинину и пить вино, но разрешает иметь много жён.
Жён и у самого князя Владимира было несколько, почти все они родили ему сыновей и дочерей. У христиан же мужчине полагается только одна жена. И это князя настораживало: он любил своих жён и не хотел с ними расставаться. В этом ислам его устраивал. Но не пить вина?!
– На Руси веселье – пить, не можем без того быть, – ответил мусульманам князь и проводил их с честью.
Проведали и латиняне, которые оказались тогда в Киеве, что русский князь ведёт разговоры о вере. То были немцы или итальянцы – западные христиане, подчинявшиеся римскому папе. Они пришли к князю Владимиру и завели беседу:
– Твоя земля такая же, как наша, а вера ваша не такая, как наша. Ваша вера – тьма, а наша вера – свет. Поклоняемся Богу, который сотворил всякую живущую на земле тварь. А ваши боги – духи зла. Веруем во Христа, Сына Божия, и покорны Его наместнику на земле – папе римскому.
– Папа римский у вас как царь?
– Он выше всех царей земных!
Не понравилось это князю. Подчинять свою землю римскому первосвященнику и самому становиться как бы его подданным Владимир Святославич вовсе не хотел.
– Идите к себе, не примем мы этого, – ответил он латинянам.
Вслед за тем явились иудеи, жившие в столице Руси своей общиной. Князь и их выслушал. Но иудеи сперва не столько о своей вере говорили, сколько ругали христианскую:
– Христиане называют Сыном Божьим того, кого мы распяли на кресте, и веруют в Него.
Владимир знал, что эти иудеи – жители бывшей Хазарии, которую завоевал и разгромил его отец князь Святослав. От могущественной когда-то державы одно только название и осталось, а сами хазары разбрелись по чужим странам.
– Что же вы своей земли не имеете? – спросил Владимир.
– Наша земля была некогда в Иерусалиме, – печально молвили иудеи. – Но Бог разгневался на нас и расточил по сторонам света, а страну нашу отдал христианам.
– Так что же вы других учите, когда сами отвержены Богом? – пожал плечами князь. – Значит, не любит Он вашу веру и весь закон ваш. Или хотите, чтобы и мы были рассыпаны по миру? Ступайте прочь.
После этого князь собрал на совет своих бояр. Рассказал им всё.
– Приходили булгары, говорили: прими наш закон. Потом пришли немцы, тоже хвалили свою веру. Напоследок были у меня иудеи и тоже склоняли к своему. Что думаете об этом?
