Наши потери по сравнению с противником оказались несравнимо малы, но мужиков всё-равно было жалко. Я каждого знал в лицо и многих помнил по имени. Больше всего досталось тем, кто сражался рядом со мной, принял бой на стенах и закрыл грудью ворота. В последнем столкновении уцелели только мы с Вторушей. Кузнец похвастался, что одел перед штурмом вторую кольчугу поверх первой и особо прочный, усиленный шлем собственной конструкции. Это мол его и спасло. Командира же, скорее всего просто заслоняли собой.
Выжили и пацаны-лучники. После того, как все устремились к воротам, они наверху остались втроём. Конечно им не справиться бы с ордой, карабкающейся по приставным лестницам, если бы не качели. Каждым удачным пуском удавалось смахнуть до десятка стремянок. Многие после удара ещё и ломались, не годились к повторному применению. В паузах мальчишки успевали швырять вниз пеньки, брёвна и старательно пускали стрелы, стараясь помочь нам перед воротами.
Когда разбирали погибших, отделяли своих от чужих, нашли счастливчика Ивана. Ему повезло упасть со стены, подвернув под себя вражеское тело и отделаться синяками да ссадинами. Правда бабы, перемотавшие парню грудь, подозревали, что он поломал рёбра и отшиб внутренности, а потому велели добру молодцу как можно меньше двигаться. Еремка определил его на постой для выздоровления и ухода к овдовевшей, бездетной пока молодке. Присмотрят они друг за другом, и скучно не будет.
Из сотни Бычка погибли всего три десятка. По сути мало, особенно, если сравнить с потерями противника, однако для нашей малочисленной дружины, это значительно. Ещё и ранеными оказались почти все. Большинство пострадали от вражеских стрел. Пришлось посылать даже за специалистами-лекарями в соседние селения.
Когда народ услышал про чудище, разогнавшее супостатов перед воротами, пересилив страх стали приходить по разному поводу на княжий двор. Я сначала не замечал, не обращал внимание, потом стал удивляться пристальному интересу к моей хозяюшке. Когда же один не самый умный мужичок кланяясь спросил: "Иде на беса тута вольно подивиться?", — я расхохотался. Вот ведь очередной русский парадокс, когда кикиморка нарядилась пострашнее, на неё захотели полюбоваться!
— Подруга!!! Иди сюда ты стала суперзвездой! Люди хотят тебя видеть, просят и впредь ходить с рогами. Наверное, надо ещё хвост сзади присобачить!
Смутившаяся и без того красная мадмуазель шутку не оценила, оставив раненых под присмотром помощниц, тотчас сбежала в баню отмываться и переодеваться.
Бабы выли всю ночь. Около двадцати семей моих дружинников опять осиротели. Хорошо ещё что остальные почти половина погибших оказались неженатыми. На погребение приехали родственники. У кого семьи не оказалось, тех собирала в последний путь моя хозяйка Млада. На следующий день прямо к тризне почти одновременно примчались князь Мстислав с дружиной и муромская рать с воеводой. Так быстро они успели потому, что плыли не в пузатых ладьях, а в быстроходных ушкуях.
— Ох, князь, жаден ты еси, ны оставив позабавиться. — В шутку пожурили меня.
Я же, воспользовавшись случаем, пригласил гостей на облаву в окрестные леса и дал десяток проводников. Больше не смог. Остальная моя дружина залечивала раны. Мне самому Младка перемотала все конечности и голову, превратив практически в мумию. К вечеру вместо привычной дичи, привели сто семьдесят заблудившихся, раненых болгар и эрзя. В благодарность я подарил их тем, кто поймал. Всё же не зря мужики прогулялись. Глядишь и в другой раз охотнее придут на помощь.
Давно было известно, что за пленников будут требовать выкуп от родственников, а кто не сможет расплатиться, продадут в рабство куда-нибудь в южные страны на плантации. Вообще-то приличные деньги обычно выручают за крепкого, сильного мужчину, иногда больше, чем за коня. А пока не выкупят, можно определить пойманных на лесоповал, расчищать землю под луга и пашни. Однако стать рабовладельцем самому, воспитание, привитое с детства, не позволяло. С разбойниками вон сколько мучились, пока не освободили.
Гости отдыхали как положено с баней и прочим. Борщ, увидев проплывающие в нашу сторону лодки, догадался приехать без приглашения с напитками, со своими особенными травами и даже с дровами. Сам же по-хозяйски без спроса старик и протопил парную. Удивившись такой наглости, я потребовал половину того, что отсыплют ему в благодарность, иначе совсем уважать перестанет, будет заходить, как к себе домой, пинком открывать дверь.
Между тостами предложили и нам сделать ответный визит, навестить назойливых соседей, отодвинуть границу подальше на восток. О том мол и великий князь Андрей сказывал. Крепостица Обран Ош ему давно как говориться глаза мозолит. Я только развёл руками.
