— Ты хочешь сказать, Ариан, что не уверен в том, что я зовусь Анной, и мой отец звался князем Романом? — вскинула удивленно брови девочка. — Впрочем, чего же я могу ожидать от тебя! Ты всегда хотел видеть только то, что тебе было выгодно увидеть… Знаешь, Ариан, я прошла много миль, видела много людей и могу тебя огорчить! Даже в этом ты не оригинален… Люди, Ариан, в большинстве своем не любят смотреть в глаза реальности… Они что-то придумывают и охотно верят в это. Куда охотнее, чем в Господа Бога. Наверное, это оправдывает их глупости, так, Ариан? Я не разбираюсь в этом. Я предпочитаю смотреть в глаза Богу, а не собственным фантазиям…
— И что же ты видишь сейчас? — облизнул пересохшие от волнения губы Ариан, все еще не в силах отвести от меча взгляда.
— Сей-час? — рассмеялась девочка. — Да, видишь ли, я смотрю сейчас в твои глаза. Ты же не Бог? Или ты уже произвел себя в…
Она не стала договаривать, только насмешливо улыбнулась.
— На твоем месте я бы не стал так разговаривать с тем, от кого зависит твоя жизнь…
— Моя жизнь зависит от тебя? Я же говорю, Ариан, ты произвел себя в Господа! Ну, отчего же моя жизнь, которая никогда тебе не принадлежала, станет вдруг ни с того ни с сего зависеть от твоих неразумных желаний?
Ариан сделал к ней шаг, но остановился.
Ах, не было бы на мече этой руны… Откуда вообще у нее взялся этот меч? Насколько Ариан знал, меч исчез вместе с владелицей… Сколько лет назад это было? Даже самые древние старцы не помнят уже, когда исчезла владычица лесов…
Сначала Анна не могла понять, почему его останавливает меч. Только обратила внимание, что Ариан почему-то не может переступить невидимую черту, и черта эта проведена именно мечом, и в то же время этот меч не производит никакого впечатления на стражников. Стражники были из Растамановых псов — с низкими, нависшими над маленькими глазами, лбами, крупными руками и несуразно огромными для таких маленьких тел ступнями. До чего похожи на гоблинов, — подумала Анна. — Если бы я была маленькой, я бы их испугалась… Страшные существа из няниных сказок.
Она не смогла сдержать улыбки.
Ариан ее улыбку немедленно заметил, нахмурился и пробормотал какое-то заклинание, которое показалось Анне набором глупых, ничего не значащих фраз.
Однако стражники испугались, переглянулись и замерли, опасливо посматривая на Ариана, и бросая украдкой взгляды на Анну. Взгляды у них были удивленные, точно Анне надлежало сразу после этих заклинаний превратиться в облако или вообще растаять в воздухе, и то, что она этого не сделала, было с ее стороны крайне…
Невоспитанно, — усмехнулась Анна, вспомнив Болотную Королеву. — Да, голубушка, вы плохо себя ведете… Нельзя так не уважать великого мага! Раз он произнес загадочную абракадабру, вам надлежит немедленно обратиться в пепел и прах!
— Это руна власти…
Слова прозвучали так близко, что она вскинула голову, посмотрела на Ариана. Голос, прошептавший их, был вне всякого сомнения голосом старика. Но Ариан ничего не произнес. Он молчал, переводя взгляд с меча на ее лицо.
Отшельник? Жрец?
Подумав, она склонилась ко второму варианту — с чего бы это Отшельнику верить в преданья язычников?
— Это руна власти…
Теперь с ней говорила женщина.
Анна дотронулась пальчиками до руны, и Ариан отшатнулся.
— Видишь, он боится ее, — снова ветерком прошелестел женский голос. — Пока ты держишь в руках меч, он не сможет приблизиться к тебе…
Словно услышав ее, Ариан усмехнулся и сказал вкрадчиво:
— Арестуйте эту самозванку… Отберите у нее оружие!
Псы Растамана сделали шаг в ее сторону, но Анна только крепче сжала меч в руках.
— Нет, Ариан… Ты сам попытайся разоружить меня… Или боишься, что моя правда опалит твои руки?
Она стояла, гордо подняв голову. Сейчас, когда небо стало ослепительно голубым, и ветерок играл полами ее плаща, ее хрупкая фигурка показалась стражникам сказочной, величественной.
Нет, не меч их пугал!
А если она и в самом деле Княжна?
— Меч, — протянул руку Ариан.
Не отдавай ему меч! Если он получит его, никто не сможет спастись!
— Нет! — покачала головой Анна. — Тебе не отнять мой меч…
Она покрепче сжала его и шагнула в сторону стражников.
— Если вам нужно меня арестовать, — сказала она, смотря на них спокойно, — то делайте это! Хотя я не могу понять, почему вам этого хочется… Но меча, моего меча, он не получит!
И она спокойно зашагала по тропинке, ведущей к подземелью.
Стражники замешкались.
Она оглянулась и спросила их:
— Ну? Почему вы остановились? Я ведь самозванка! Разве ваша княжна может придти в город, не нарядившись предварительно в меха и драгоценности?
Ее глаза сверкнули.
— Разве ваша княжна станет разговаривать с вами, предварительно не накрасив щеки и губы? Разве ваша княжна станет вообще разговаривать с вами? О, конечно нет, она просто посмотрит на вас свысока и пойдет мимо!
Она топнула ногой.
— Так ведите же меня в темницу! Не сама же себя я должна арестовать! Вы правы — я не ваша княжна! И не хочу быть вашей, потому что…
Она устала говорить.
Слезы предательски скопились в уголках глаз, собираясь вырваться, показывая ее слабость.
