Оглядев жреца и его сопровождение, Дива нахмурилась. Ему-то что здесь понадобилось? И как быть: то ли напрямую спросить у него, то ли выведать о цели его визита окольными путями.
Спрашивать волхва о чем-либо Дива не стала. Вдруг он не посчитает нужным оправдываться перед ней? Ведь наверняка до него уже докатились слухи о том, что она дутая правительница и можно ее не опасаться! Тем более, он не один, с ними его причты. Говорить при посторонних ей бы не хотелось. А вместе с тем нельзя недооценивать личности этого человека, род которого, как говорят, ведется еще от жрецов антской эпохи, прослывших своим могуществом.
Значение волхвов в жизни общины очень велико. Их почитают и к ним прислушиваются. Без них невозможно вообразить существование княжества. Именно чаровники разрабатывают и совершенствуют ритуалы. Сохраняют веками старинные стишия и создают тексты молитв, животрепещущие текущим проблемам. Сочиняют священные песнопения. Изобретают действенные формулы обращения к богам. Помимо ежегодных традиционных празднеств, где они выступают в роли распорядителей, возникают особые случаи, когда без их знаний нельзя даже начать церемонии, чтоб не нарушить ее порядок, известный только им. Похороны и погребение, обряды при напастях и болезнях, меры при возникновении непредвиденностей вроде набега врага или летней засухи и всякое такое.
Кроме всего прочего одним из важнейших занятий волхвов является ведение календаря, и как следствие – точное определение сроков молений. Жреческие месяцесловы в виде кувшина со знаками из Ромашек имеют поразительную точность. Она, Дива, однажды видела один из таких календарей и удивилась его сложности. Черты и резы, специально сделанные еще на сырой глине, показались ей неясными иероглифами. В то время как на самом деле они обозначали конкретные даты: дни появления первых ростков, дни конца жатвы, день Перуна, четыре периода дождей и четыре главных праздника славян – Коляда, Ярило, Купало и Световит. Без такого кувшинчика невозможно не только отследить время, но и, как утверждают жрецы, вымолить y Рода небесную воду, которая напоит землю и подарит урожай. Как уже ясно, столь точный календарь является доказательством жреческой мудрости. Подобные достижения имеют в глазах народа божественное происхождение. Ввиду всего этого, в словах духовенства мало кто сомневается.
И теперь этот уважаемый человек стоит здесь, на княжеском дворище и ожидает чего-то…Неспроста все это.
Дива решила вернуться в терем и наблюдать из окна. Обзор с высоты превосходный, и ее любопытство не бросится в глаза. Как все это удручающе…У нее даже нет доверенного лица. А ей так важно знать, что понадобилось Арви от этого деда. Вот если бы Пересвет был здесь! Положиться не на кого, и все приходится делать самой! Кроме того, сегодня и завтра ей не удастся поговорить с князем о будущем наследнике…Вероятно, это будет именно сын. Иначе Млава не заострила бы на этом внимания. С другой стороны, все к лучшему. Когда она, Дива, расхвалит Рёрика перед всем городом, он воспримет ее весть более радостно, чем сегодня, будучи отягощенным думами…
Дива так и не сумела дождаться того момента, когда жрец покинет тиуна. Значит, что-то важное, раз так затянулось. Становится прохладно, а мерзнуть сейчас некстати. Лучше уже прикрыть ставни.
В этот день погода выдалась дивная. Ночью прошла метель. А наутро было ясно и безветренно. Чуть подморозило. И теперь Новгород стоял припорошенный снежным пухом, мерцающим в лучах солнца.
Мельком оглядев оживленные дворы, Дива с раздражением захлопнула волок окошка и подошла к столу. Губы ее сомкнулись в недовольстве. Не имея возможности отказаться от участия в грядущем действе, она решила положиться на богов. И была уверена, что день сегодня установится противный и ненастный или наоборот студеный. Но чаяния не оправдались. Погода удалась, а Диве было приказано повторить речь и одеваться. Вот тебе и упования. А впрочем, боги ли виноваты в том, что она сама беспомощна, как коза, которая идет туда, куда ее ведут?
Дива вздохнула. Это и есть неотвратимость. Ей предстоит держать речь перед горожанами. Но сперва нужно облечься в лучшие одежды. «Понаряднее», как подчеркнул Арви. И вот на сундуке лежит красивая рубаха, а под ней – платье с яркой вышивкой. В углу стоят усыпанные жемчугом сапожки – редчайшая вещица, выделанная кожевниками для княжны еще к замужеству с Радимиром. Жаль только, что всего этого великолепия не будет видно под мехами.
Поправив съехавшую с плеча сорочку, Дива потянулась к серебряному ларцу. Несколько бус, браслетов и перстней. Она знает их наперечет. Но сейчас с расстановкой перемеряет все. Ведь так не хочется выходить на улицу, где ее, должно быть, уже ждут. Лучше потянуть время. Хотя, конечно, это ничего не даст…А что даст? Может быть, ее речь? Если дочь Гостомысла отважится рассказать городу правду…Может быть, ее поддержат. Но даже если никто не будет вторить ей, она и сама справится.
