– Точно! Скорее, и правда, статуя! – согласился ворчун. – Представь, поручено ти, допустим, в храме сберегать изваяние богини какой-нибудь. Статуя сама по себе, может, и прекрасна, и важна. Но ты в ней видишь лишь кусок камня и источник твоих бедствий. Упадет, скажем, расколется. Или скрадет ее кто-то. А тебе отвечать. Так что потом тебе уже без разницы становится, какова эта статуя. Хороша она или плоха. Красива или уродлива. Лишь бы она на месте оставалась, в целости и сохранности пребывала.
Ефанда скривилась пуще прежнего. А смутившаяся Гуднё принялась разглядывать узор на кувшинчике. На счастье, лай собак вдруг заглушил разговор стражей. Пёсики повздорили из-за костей, выплеснутых стряпухой.
– Гуднё! Скажи, чтоб эти балаболы убирались вон…– несмотря на то, что принцесса не объяснилась до конца, служанке было понятно, о ком идет речь. – Я желаю побыть в тишине.
– Госпожа, но они не могут уйти. Им приказано стеречь вас…– робко напомнила верная Гуднё.
– Что со мной может случиться?! Тут даже птица не пролетит, если ей не дозволят! – вдруг вспылила вечно спокойная Ефанда. Владения правителя всегда охранялись очень тщательно. Однако прежде она не была против стражи. Во-первых, ей по положению надлежит иметь разного рода сопровождающих, от служанок до охраны. А во-вторых, мало ли что, пусть все же будут под рукой. Но теперь весь этот рой людей вокруг нее раздражал своей назойливостью. – Сегодня важный день. И я хочу подготовиться. А их словоблудие сбивает меня с мысли. Пусть идут по бабам или куда им там надо…И ты ступай.
– Как же вы без меня? Вдруг что-то понадобится? Полить из кувшина…– растерялась Гуднё.
– Встань возле входа. Будешь смотреть, чтоб никто не побеспокоил меня. А как потребуешься – позову.
Гуднё вышла, затворив за собой дверь. Ефанда осталась одна. Она докрасна натерла мочалом колено, словно вложив все свои переживания в это действие.
Если с Синеусом будет покончено, она вернется на родину и ничто ее не остановит. Хотя, по правилам, новые родственники могут потребовать от нее остаться, так как она теперь часть этой семьи. Более того, по тем же правилам, один из братьев мужа обязан взять ее в жены, дабы таким образом обеспечить ей защиту и поддержку. Стало быть, речь идет о Рёрике. А ведь изначально было задумано, что именно он женится на ней. Об этом уговаривались с ее отцом. И как вышло, что в итоге она оказалась в лапах Синеуса? Может быть, боги все же хотят расставить все на свои места?! Это все так, если Синеус окажется повержен. А если напротив, он убьет Олега?! Для нее, Ефанды, брат – это часть собственной ее души. С самого детства он оберегал ее. Он – любимый сын их отца. Но ведь сколько родилось сынов после него? Еще двенадцать отпрысков появилось на свет после рождения самого Олега. И среди всех этих детей была лишь одна девочка – Ефанда. У нее не было сестренки, с которой она могла бы играть и разговаривать. Да и подруг у нее тоже не имелось. Были только братья. Но ни один из них не уделял ей столько внимания, сколько Олег. Да они уже много лет, как одно неделимое целое! И если сейчас Синеус убьет его…Если этого единственного важного человека не станет… Да ведь у нее не будет никого близкого на всем свете! Не считая, конечно, родителей, которые по большому счету хоть всегда и были добры, но тем не менее, не раздумывая, отдали ее замуж за малознакомого человека. Если Олег уедет из Дорестадта – это горе, которое ей едва ли перенести. Но если его не станет вовсе – как тогда вообще жить? Зная, что никому нет дела до нее на всем свете! Но ведь это так. Она, и правда, кажется, никому не нужна. Для Синеуса она все равно что бесплатный довесок. А Умила еще не знает, что внуков от урманской принцессы ей не дождаться. А на родине ее так славно проводили в путь, что сейчас удивятся, если она вдруг объявится там снова. Одним словом, любой из сюжетов удручающ.
Ефанда отшвырнула измыленное мочало в дальний угол мовницы. Оно плюхнулось об стенку с квакающим шлепком. Все эти мысли так огорчали принцессу, что она чувствовала, как с каждым мгновением в ее голове все сильнее стучит у виска настырный молоточек.
Глубоко вздохнув, Ефанда закрыла глаза и запрокинула голову на бортик купальни. Она представила себе тихий летний лес. Посреди него – залитую солнцем зеленую поляну, над которой кружат бабочки и стрекозы. Пение птиц и стрекот кузнечиков, аромат грибов и ягод. Эта картина всегда умиротворяла ее.
Ефанда почувствовала легкую дрему. Ее разморило в теплой воде. Она уже совсем успокоилась и, кажется, почти уснула. Как вдруг раздался пронзительный скрип заржавелой дверной петли в предбаннике. Потом какая-то возня. И чьи-то шаги. Все эти звуки беспардонно врывались в милое видение принцессы.
– Я же велела оставить меня одну! – выдернутая из своих мечтаний, прикрикнула Ефанда недовольно.
