– Ты ведь ее сестра. Ты все знаешь…– заплетающимся языком начал Трувор, пытаясь выцедить глоток браги из опустевшего кожаного мешка. – Неужели она, правда, хотела выйти за Арви? Он же для нее старик. Он же…
– Она хотела, – подтвердила Велемира. – И потом…Это только ты считаешь его стариком. Но он не стар. И выглядит достойно. Если он старше тебя, то это не значит, что он свое уже отжил…– Велемира встала с лавки и направилась к поленцу, в котором догорала лучинка. Взяв из корзинки новую щепочку, Велемира старательно подожгла ее от затухающего пламени. – Но главное, за ним большое будущее. Для Росы это существенно. После нашей Дивы нельзя дать маху, став женой простого дружинника…Тут важны расчеты…
– Какие расчеты?! Я ведь любил ее…– Трувор печально смолк, отсутствующим взглядом уставившись куда-то в темный угол.
– Недолжно тужить о той, что и думать о тебе уже забыла, – Велемира дотронулась тонкими пальцами до мужественно очерченного подбородка Трувора.
Трувор даже и не заметил, когда она оказалась рядом с ним. Они разговаривали уже несколько часов. Вернее, говорила в основном Велемира.
– Не могу я так легко все забыть, – глухо произнес Трувор. Он допил уже все имеющееся в избе и теперь просто лежал в полудреме и грусти.
– Боги все еще с тобой. И скоро ты найдешь новую радость…– рассуждала Велемира утешительно. И ей так хотелось, чтобы Трувор посмотрел на нее. Но он будто не замечал ее, безотчетный от выпивки и расстройств. – Не все девицы таковы, как Роса…
– Ты не такая? – откликнулся уже невменяемый Трувор.
– Нет, – Велемира провела рукой по волосам Трувора. Этот богатырь красив даже в столь непотребном виде. А ей всего-то хочется перекинуть маленький мосток между их далекими берегами…
На успокоительный жест княжны уже пьяный вдрызг Трувор обхватил ее за стан и опрокинул рядом с собой. В его голове никаких толковых мыслей сейчас не было.
– Пусти, мне надо идти, – Велемира для порядка предприняла попытку подняться. Как честной девушке, ей нужно порываться покинуть сей кров! Ну уж а там дальше, как получится. Кто будет сомневаться в ее хрупкости супротив сего здоровенного детины!
