И оба они хотѣли выйти, какъ внизу послышался шумъ. Ульяна остановилась и прислушалась.
– Ҍдутъ! Ҍдутъ! сказала она съ волненіемъ и бросилась внизъ. Дворецкій хотѣлъ удержать ее, но она почти оттолкнула его и поспѣшно сошла.
Действительно къ подъѣзду мчалась по гладкой убитой дорогѣ четверомѣстная карета запряженная четверней добрыхъ лошадей. Изъ нея вышелъ старичокъ Долинскій и помогъ выйти Анютѣ. Она взяла его за руку и ступила на крыльцо. Сердце ея билось какъ птичка въ клѣткѣ и замирало какъ предъ смертельною опасностью. Увидѣвъ направо и налѣво толпу стариковъ и старухъ, а позади ихъ молодыхъ и дѣтей, Анюта смутилась, но въ ту же минуту овладѣла собою и пріостановилась. Арееній поднесъ ей хлѣбъ-соль съ низкими поклонами; она приняла, поблагодарила, обратилась къ стоящимъ и сказала голосомъ не твердымъ и смущеннымъ:
— Благодарю за встрѣчу. Я надѣюсь скоро познакомиться со всѣми вами, а теперь дядюшка усталь съ дороги и ему надо отдохнуть. Черезъ два дня мое рожденіе. Послѣ обѣдни прошу всѣхъ прійти ко мнѣ и у меня угоститься чаемъ и завтракомъ.
Она поклонилась и подъ руку съ дядей пошла на верхъ. За ней шла Маша и ея братья и сестры.
— Молодецъ Анюта, тихо сказалъ Ваня Митѣ, — не ударитъ лицомъ въ грязь.
Митя шелъ сумрачный и ничего не отвѣчалъ Ванѣ. Его дурное расположеніе духа не пропадало. Онъ объявилъ уже Машѣ, что ѣдетъ въ Спасское противъ воли.
Позавтракали, къ изумленію дворецкаго, слишкомъ шумно и весело, потому что одна Лиза могла нашумѣть и наболтать за десять человѣкъ и не упустила этого случая. Когда встали изъ-за стола, Анюта подошла къ дядѣ, поцѣловала его и Машу, дѣти всѣ поцѣловали ее, Митя пожаль ей руку вмѣсто братскаго поцѣлуя.
— Я бы желала, чтобы мнѣ показали приготовленныя намъ комнаты, сказала Анюта. — Кто здѣсь домоправительница? Позовите ее.
Вошла Ульана.
Анюта просила ее показать комнаты.
— Мы не знали, какія комнаты вамъ угодно взять для себя, сказала она. — Есть два отдѣленія, одно, въ которомъ жили молодые господа, другое, гдѣ жилъ старый князь. Его комнаты на югъ…
— Стало-быть ихъ дядюшкѣ. Не правда ли? Вамъ на югъ будетъ удобнѣе. Домъ немного сыроватъ. Угодно вамъ взять комнаты на югъ, спросила Анюта.
— Мнѣ все равно, сказалъ Долинскій. — Какъ ты хочешь.
— Гдѣ вамъ будетъ покойнѣе. Маша знаетъ гдѣ вамъ лучше. Ульана Филатьевна, покажите тетушкѣ и мнѣ комнаты моего прадѣда.
И она взяла Машу за руку и пошла съ ней. Это были высокія комнаты на югъ, съ балкономъ и маркизами отъ солнца. Маша нашла ихъ удобными для себя и мужа. Затѣмъ Ульана повела Анюту въ ея комнаты чрезъ круглую гостиную.
— Прелестная комната, сказала Анюта, осматривая ее и любуясь старою мебелью. Буду сидѣть тутъ утромъ; нельзя ли мнѣ поставить здѣсь письменный столь.
— Гдѣ прикажите, сейчасъ, сказала съ услужливою вѣжливостію Ульана и прибавила:
— Вы, ваше сіятельство, точно угадали, что гостиная эта была любимою комнатой вышей матушки.
— Вы ошибаетесь, моя мать никогда здѣсь не была. Она вышла замужъ и скончалась на Кавказѣ.
— Виновата, виновата, матушка, ваше сіятельство, — все спутала, но ваши родные всѣ одни за другими скончались такъ рано, въ такіе молодые годы, что я путаю. Стало-быть не матушка ваша, а бабушка, вотъ здѣсь-то сиживала и въ этой самой комнатѣ онѣ и слово дали и были помолвлены за гусарскаго офицера Богуславова и здѣсь съ женихомъ у самаго окна этого сиживали. Я ихъ тутъ часто видала. Онѣ меня очень жаловали, любили.
— Какъ? вы помните мою бабушку — но какже это?
— Извольте сами счесть. Я ихъ немного помоложе. Вашей бабушкѣ, княжнѣ нашей любимой было семнадцать лѣтъ, когда ее помолвили; черезъ годъ послѣ свадьбы имъ Богъ даль сынка, вашего батюшку, и она съ нимъ сюда къ старому князю гостить пріѣзжала. И ужь какъ радовался старый князь на этого своего перваго внука. Княжну нашу, хотя она была и замужемъ и сына имѣла, у насъ все звали княжной, старый князь помѣстилъ ихъ вотъ тутъ и она прожила здѣсь мѣсяца три… Послѣ того ужь мы ее и не видали. Черезъ два года она скончалась и пошли тогда бѣды за бѣдами. Молодой князь, братецъ вашей бабушки, убитъ былъ на войнѣ и остался старый князь бездѣтенъ, одинъ одинешенекъ, съ дитятей внукомъ, сыномъ своего сына. Вы, княжна, знаете, что и онъ волею Божіею былъ взятъ у князя, и вотъ вы вошли во владѣніе вотчинами и домами вашего прадѣда!.. Можетъ оно и къ лучшему.
— Почему же къ лучшему, спросила Анюта не совсѣмъ благосклонно усматривая какую-то грубую лесть въ словахъ старушки, которая ей сначала понравилась.
