кабинета. - Лейтенант Лафает, что командовал твоими гвардейцами, - король нетерпеливо
закивал головой, давая понять, что понял о ком идет речь. - Подслушал странный разговор
про этого гнома, пока я с ним договаривался, - Роладн превратился в один большой вопрос.
- Говорят, что этот Колин из клана Черных топоров настоящий маг..., - король неверяще
усмехнулся, мол все это бредни. - И способен в земле видеть где залегает руда, - граф даже
почем-то заговорщически понизил голос. - Представляешь, он даже мне сказал, что может в
любом месте найти воду или даже золото! - у короля вверх поползли брови. - Я, конечно, не
поверил ему, но сейчас вот даже не знаю что и думать...
Так получилось, что граф не рассказал королю и еще кое-что, о чем ему сообщил тот
самый странный гном. И не рассказал он не потому, что забыл, просто слишком уж
невероятно звучали его слова... Фален даже в этот момент, вспоминал некоторые фразы в
речи коротышки, которые прозвучали особенно странно. "Я могу сделать закрытые
повозки, которые будут совершенно защищены от атаки лучников и пик. За этими
повозками может пройти пехота без каких-либо потерь, - сейчас, после подслушанного
лейтенантом разговора о неких магических способностях гнома, эти предложения звучали
совершенно иначе, по особенному. - Я научу вас строить крепости так быстро, что ваши
противник ничего не успеют предпринять. За какой-то месяц я могу поставить целый замок
со стенами... В домах из нового камня будет тепло, тихо... ".
- Фален! Фален! Ты совсем меня не слышишь! - недовольно проговорил король, в
какой-то момент заметив отсутствующий взгляд кузена. - Подойди ко мне, - тот подошёл к
нему и Роланд неожиданно обнял его. - Может так случиться, что следующей встречи у нас
уже может и не быть, - он с грустью улыбнулся. - Я хочу сам повести войска... и попробую
разбить их поодиночке... Ты должен знать, что в завещании я указал на тебя, как моего
преемника. И если судьбе будет угодно, чтобы я погиб, то следующим королем Ольстера
будешь ты, Фален! - король передал ему свернутый пергамент. - Здесь одна из трех копий
завещания, которая теперь всегда должна быть с тобой, что бы не случилось, - граф
неуверенно взял документ, словно не знал что с ним делать. - А теперь ты знаешь, что
нужно делать.
Не говоря больше ни слова, король развернулся и вновь подошел к макету, говоря этим, что им обоим нужно спешить.
Фален смог прийти в себя только возле ворот замка, когда лейтенант Лафает уже
несколько раз громко и недвусмысленно кашлянул, пытаясь привести в чувство
погруженного в себя аристократа.
- Вы уже здесь? - отсутствующим взглядом граф прошелся по державшему поводья
лейтенанту и спешившихся гвардейцев его отряда. - Отлично! - граф, наконец, спрятал
пергамент, запечатанный королевской печатью за пазуху. - Мы возвращаемся в Вильков! -
никто из гвардии не подал и виду, но чувствовалось, что радости им такое решение особой
не доставило. - Лейтенант, обеспечьте по три запасных лошади на каждого! Остановок не
будет, - тут уже еле заметный недовольный гул прошелся между солдат. - Через сутки мы
должны быть на месте! Мне нужны двое прогуляться до королевского казначея, - лейтенант
махнул рукой и из строя вышла пара. - И главное... король приказал одеть "парадные"
доспехи.
Тут уже реакция была совершенно иной. Лейтенант, только приготовившийся вскочить
на коня, вдруг замешкался. Его сапог, стоящий на стремени, внезапно соскочил, а он сам от
этого потерял равновесие.
- Именем короля, - Фален достал королевский перстень, висевший у него на шее, и
показал его солдатам. - Выполняйте приказ.
Уже потом лейтенант просветит его по поводу столь странной реакции гвардейцев. По
его словам, приказ "облачиться в парадные доспехи", то есть доспехи из тщательно
скрываемого туруанскогого металла, мог отдать только лично король и было это всего
лишь несколько раз за последние три года.
12.
Город Вильков
Баронство Кольское
Около ста лиг к югу от Гордума
Они гнали лошадей как проклятые. Увеличившаяся по сравнению с прошлым разом
почти в три раза кавалькада проносилась через небольшие городки, мелкие селения,
останавливаясь только лишь для того чтобы напоить лошадей.
К исходу суток, когда сам Вильков уже показался на горизонте, они уже шатались от
усталости и даже, гвардейцы, знаменитые свой выдержкой, валились с лошадей.
- Еще немного, - Фален уже не мог говорить, он лишь хрипел черными от пыли губами. -
Вперед, - он снова пришпорил своего жеребца, но тот лишь жалобно заржал и свалился на
бок.
... Но все же они не успели. В тот момент, когда шатающийся от усталости гвардеец
мешком свалился с коня и, подойди к воротам дома Батисты, начал стучать, несколько
самых обычных повозок, на одной из которых сидел Колин, уже выехали за город. Когда
