Фален узнал об этом, он при всем желании не смог бы его догнать. И лошади и люди уже
были на последнем издыхании и тронуться в путь он бы не смог при всем своем желании.
Тимур же в этот момент сидел, удобно устроившись на первой телеге своего
импровизированного каравана. Второй телегой правил один из тех гномов, которых он
выкупил. Третья же телега была без возницы, а ее лошадь сама шла за своей товаркой
впереди. Причиной же такой несправедливости по отношению к третьей повозке был
специфический перевозимый ей груз. Внутри толстой подушки из сена были плотно
уложены четыре глиняный сосуда (с небольшой бочонок каждый), в которых содержалась
странная темная смесь.
Тимур старался особо не гать, благо дорога и время позволяли. Более того, особый груз
даже настаивал об этом. Поэтому он отпустил поводья, позволяя своей мохноногой
лошадке самой выбирать ритм движения, а сам предался воспоминания о прошедшей ночи.
"Никогда бы не подумал, что все это так воняет, - он рук и одежду до сих пор довольно
сильно несло. - Старый специально что ли выбирал такие ингредиенты? Какой-то серый
помет... дерьмо короче, - оказалось, нашлось и такое возле городских выгребных ям, где
ему одному (старик и так на ладан дышал) пришлось скрести этот налет. - Чуть не сдохли
там!". При этом вспоминании его аж скрутило, что пришлось попрощаться со своим
завтраком.
"Хотя это всего лишь дерьмо, а желтая дрянь? - после глотка разбавленного вина чуть
полегчало и он снова ударился в воспоминания о, действительно, горячей ночи. - Этот
старый хрыч, что не мог предупредить, что она ядовитая?!". Тимур машинально потер свою
правую руку, сильный ожог на которой скрывал длинный рукав рубахи. "Алхимик, мать
его! С таким алхимиком и суда никакого не надо! - ожог нудно болел и так сильно чесался, что временами ему хотелось выть. - Хотя, что это я? - по-хорошему, старик помогал ему
спастись, и Тимур прекрасно понимал это. - Сам же попросил его о помощи...".
Он вытянул ноги и чуть поерзал на слежавшемся сене, устраиваясь поудобнее и вновь
погружаясь в воспоминания, как он растирал получившуюся смесь на небольшой ручной
мельнице. "Какая же все-таки это гадость, - даже сейчас у него перед глазами стояла эта
серо-коричневая масса, которую он высыпал из каменной ступки под внимательным
взглядом старого гнома. - Кто бы рассказал, ни за что бы не поверил...". Однако, тогда
больше его удивил даже не внешний вид смеси, а то, что старик начал делать дальше. Гном
почему-то начал прессовать получившийся порошок в узком деревянном ящике, приговаривая, что надо вытянуть всю влагу. Потом он ставил на все это хозяйство тяжелый
груз, заставляя Тимура таскать со двора все новые и новые бетонные блоки.
В итоге получившееся на выходе лепешка (по другому у него даже язык не поворачивался
назвать это) даже близко не напоминала современный порох. "Все равно... порох из
батиных патрон был совершенно другим, - Тимуру невольно вспомнились ровные словно
близнецы серо-зеленые гранулы пороховой смеси, которую он извлекал для своих забав из
охотничьих патрон отца. - Вообще не похожим!".
Именно по этой причине уже под самое утро, за несколько часов перед отъездом, он все
же не удержался и решил проверить, а что все-таки им удалось сделать. Как ни странно, но
получившаяся малопонятная смесь, действительно, горела. Правда, горение было каким-то
неровным и с большим выделением дыма. По-хорошему, оно больше напоминало дымовую
шашку...
- Мастер, скоро мы будем на месте, - радостно крикнул возница со второй повозки; хотя
он был и из другого клана, но эти места ему были хорошо знакомы. - Успеем...
Кивнув ему, Тимур вновь вернулся к событиям прошлой ночи. Если честно, был тогда
один эпизод, который он с радость бы похоронил в своей памяти и никогда не вспоминал, но он снова и снова всплывал перед его глазами. "Чуть ведь не грохнул старика..., - уже на
рассвете, когда голова у него трещала от бессонной ночи и ядовитых запахов, пропитавших
подвал донжона, ему стало казаться, что старый гном обязательно все разболтает. - .. . , -
излишняя суетливость, нарочитая угрюмость словно кричали Тимуру о готовящемся
предательстве. - Ну, старик, в рубашке, значит, родился! - словом, парень пришел в себя
буквально за мгновение до того, как поднятая им кувалда уже была готова расколоть седую
голову на части. - И ведь не понял ничего... старикан, - когда старик повернулся, то Тимур
уже просто стоял, пытаясь унять дрожь в своих руках".
- Все, на месте, - громыхание металлических ободьев колес по каменным плитам
сменилось еле слышным шуршание по песку, которым была посыпана площадка возле
входа в подземный город. - А это еще кто?
К удивлению Тимура, прекрасно знавшего в лицо каждого из их небольшого клана, возле
прорубленного в скале прохода стояло двое незнакомых гномов. Это были не юнцы,
которые чисто в теории могли банально заблудиться и обратиться за помощью к клану, а
