Фен сломан. Она может попросить работающий, но сейчас не хочет даже краткого контакта с человеком, который доставит прибор к двери. Пока волосы сохнут, она проверит почту. Клэр растягивается на кровати и открывает ноутбук, но связи нет. На этот раз она все же звонит портье, и ей говорят, что вайфай не работает. Похоже, буря повредила где-то важный кабель.
Этот город знаменит технологическими чудесами, но пока ей кажется, что она вернулась в далекое прошлое.
Одеваясь к ужину, она вспоминает о маленькой упаковке, берет ее из ящика и прищуривается, разбирая мелкий шрифт.
Кожный защитник
Акклиматизирует и помогает привыкнуть к среде.
Рекомендован при визитах дольше недели. Вымойте кожу перед наклеиванием пластыря. Снимите защитный слой и наклейте пластырь на плечо, внутреннюю поверхность бедра или живот. Не наносить пластырь на лицо или гениталии. Не глотать. Возможно временное обесцвечивание кожи. Не снимать: пластырь отпадет сам через 4–6 недель.
Никакого описания действующих веществ, только телефонный номер и URL для более подробной информации или помощи в случае аллергической реакции.
«Аллергическая реакция». Да они издеваются! Как эта штука действует? Клэр бросает упаковку на покрывало. Ни за что. Акклиматизируется по старинке, просто находясь здесь.
Заканчивая одеваться и поправляя прическу перед зеркалом в ванной, Клэр бросает взгляд на ручеек воды медного цвета на полу душевой кабины. Ты в этом мылась. Находит конвертик, разрывает его и вынимает квадратный пластырь. На одной его стороне голубая гелевая поверхность. Клэр снимает прозрачный защитный слой, подносит гелевой стороной к носу и нюхает. Пахнет как обычный пластырь – один из вечных запахов детства, которые сразу погружают тебя в далекие воспоминания. Вот ты весь день играешь на улице коротким северным летом. Бегаешь, прыгаешь, падаешь с велика, царапаешь коленки. Кем она была тогда, да и она ли это? Она не может связать ту маленькую девочку с человеком, которым стала.
Она прижимает пластырь к левому плечу. Чувствует прохладу, потом – легкое онемение, будто нанесла на кожу крем после укусов насекомых.
Она ужинает в ресторане гостиницы, положив возле тарелки раскрытый путеводитель и записную книжку с проволочным переплетом, чтобы набросать расписание на следующие несколько дней. В качестве основного блюда она выбирает амбари, которое рекомендует ей величавый седеющий официант: тушеный морской анемон, фаршированный муссом из палтуса и рисом, окрашенным в иссиня-черный цвет чернилами кальмара. Это не похоже ни на что из того, что она пробовала где-либо прежде, и потому она ест медленно, гадая, что эта еда говорит ей о живущих здесь людях. Все, что приходит ей на ум, – безотчетная тоска, которая, как она подозревает, в основном принадлежит ей самой. В ее голове возникает образ замерзшего океана. Покров серого льда, будто твердый металл, а под ним – черные глубины.
Она заказывает второй бокал домашнего вина. На нее это не похоже. Она себя балует. В путеводителе есть заметка, способная напомнить Клэр, зачем она все-таки здесь, но она избегает смотреть туда с тех пор, как приземлилась. Ей и не нужно – она читала ее так часто, что знает почти всю наизусть.
В древнем тропическом лесу, еще растущем на западном склоне вулкана, живет сапфировая лягушка, редкая амфибия красивого оттенка: она обитает у ручьев и во влажной гниющей листве на лесном войлоке. Этот вид относится к семейству Hylidae, квакш, взрослые особи достигают от 3 до 6 сантиметров в длину, с короткими лапками, расположенными под прямым углом от туловища, с тупоконечной головой и рудиментарным хвостом, который часто остается после стадии головастика. Главная отличительная черта лягушки – отметины цвета индиго, зачастую усыпанные мелкими золотистыми или медными веснушками. Это долгожитель среди амфибий: предполагается, что некоторые особи доживают в дикой природе до двадцати пяти лет и даже более.
Хотя сапфировой лягушке и так грозит потеря ареала обитания, она уже оказалась на грани исчезновения в результате незаконной торговли частями животных. Яркая кожа лягушки (отпугивающая других зверей, но лишь слегка ядовитая для людей) ценится как компонент народных снадобий в Юго-Восточной Азии и в других регионах. Шкурки сушат, растирают в порошок и добавляют в эликсиры, которые, как считается, способствуют долголетию. В результате численность популяции значительно сократилась, несмотря на новые строгие законы, направленные против контрабанды животных: одно из недавних дел завершилось приговором к тюремному заключению на семь лет.
