Когда хотят сказать, что человек вернулся ни с чем, то говорят: «Он вернулся с башмаками Хунайна». Хунай-ном звали башмачника из города Хира. Некий бедуин приценился к башмакам в лавке Хунайна, долго торговался, но так и не купил их, не сойдясь с башмачником в цене. Хунайн рассердился и захотел посмеяться над этим бедуином. Когда тот сел на верблюда и уехал, Хунайн пошел в ту же сторону и, опередив бедуина, бросил у него на дороге один башмак, а подальше — другой. Проезжая мимо первого башмака, бедуин подумал: «Как похож этот башмак на тот, что я видел в лавке Хунайна! Если бы к нему была пара, я обязательно взял бы его!» Когда же ему попался второй башмак, он раскаялся, что не подобрал первый, остановил верблюда, сошел с него и поспешил пешком туда, где оставался первый башмак.
А тем временем Хунайн, который притаился неподалеку, взобрался на верблюда, оставленного бедуином, и уехал. Когда бедуин вернулся, держа в руке башмак, он оказался владельцем лишь башмаков Хунайна.
Во времена Джахилийи была некая женщина по имени Маншам, которая продавала ладан для бальзамирования. С тех пор если кто-то отправляется на войну, а его хотят удержать от этого поступка, то говорят: «Возьми с собой товар Маншам», то есть благовоние, которым умащают мертвых.
*
Говорят еще: «Раскаяние аль-Каси». А родилось это присловье так: некий охотник по имени аль-Каси выстрелил в газель и попал в нее, но ему показалось, что он промахнулся, тогда он в запальчивости сломал лук. Увидев убитую газель, он раскаялся в своей поспешности.
Лучший из друзей тот, кого не посвящаешь в свои тайны. Будь добр, и к тебе будут добры. Будь милосерден, и к тебе будут милосердны. Кого судьба захочет погубить, того лишает разума. Сердце видит то, чего не видят глаза> Для каждого места — свои речи, для каждого времени — свои люди, для каждой жизни — свой срок. Цена человека — то, что он умеет делать. Нет такого замка, к которому нельзя подобрать ключ. Постоянно лги — и твоя ложь покажется правдой. Хвали ночной набег после утренней добычи. От поспешности до раскаяния — один шаг. Иное слово разит вернее острого меча. Разум часто спит, а страсти всегда бодрствуют. Победил тебя тот, кто похвалил тебя. Завистник не знает покоя. Нет лучшей радости, чем спокойствие души. Обжорство губительно для разума. Худшая слепота — слепота сердца. Кто знает, что ему грозит, готов терпеть. Это твоя рука, хоть она и отсохла. Он наполняет свой колчан после стрельбы. Посей добро — и пожнешь благодарность. Не обольщайся любовью эмира, если тебя ненавидит вазир. Кто хочет долго жить, пусть привыкает к бедам. Разрыв с глупцом лучше, чем дружба с умным. Кто всегда доволен собой, наживает множество врагов. Только в конце пути станет ясно, кто опередил. Чужому рабу ты не указ.
Некоторые пословицы, сложенные бедуинами
Иногда рана, нанесенная мечом, заживает быстро, а рана, нанесенная словом, не заживает до самой смерти.
*
Многословный человек подобен тому, кто ночью собирает хворост — его может укусить змея или ужалить скорпион.
*
Молчание — мудрость, которая доступна немногим. Лучше раскаяться в том, что промолчал, чем в том, что сказал не то, что следовало.
*
Известна также пословица: «Не усердствуй, Абу Ясар, и без тебя купят осла». А происхождение этой пословицы вот какое: рассказывают, что Абу Ясар увидел в Басре на площади Мирбад человека, который продавал осла и торговался с покупателем. Абу Ясар стал нахваливать осла, и покупатель спросил:
— Ты знаешь этого осла?
Абу Ясар ответил:
— Знаю.
— Крепкие ли у него ноги? — поинтересовался покупщик, и Абу Ясар воскликнул:
— Он и стреноженный догонит страуса!
Тогда хозяин осла заметил:
— Не усердствуй, Абу Ясар, осла купят и без тебя.
*
О неумелом человеке говорят: «Раз в подойник, раз на землю», сравнивая его с неловким доилыциком.
*
Если бедуин доверяет кому-нибудь свою тайну, то говорит: «Положи ее в сосуд, откуда никто не напьется».
У одного бедуина спросили: «Как ты скрываешь тай ну?» И он ответил: «Моя грудь — могила всех тайн».
*
Говорят еще: «От беседы — все беды». Эти слова принадлежат Даббе ибн Аду. А дело произошло вот как. У Даббы было два сына — Сад и Саид. Однажды они оба отправились искать заблудившихся верблюдов. Саид вернулся, а Сада так и не дождались. И всякий раз, как Дабба видел, что к становищу приближается кто-то, он восклицал:
— Уж не Сад ли идет?!
Через некоторое время, в священном месяце, Дабба отправился в паломничество вместе с Харисом ибн Ка-бом. Они остановились на холме, и Харис спросил Даббу:
— Видишь это место? Здесь я встретил молодца, убил его и забрал его меч.
Потом Харис подробно описал, как выглядел юноша, которого он убил, и Дабба понял, что это был его сын Сад. Дабба попросил Хариса:
— Покажи мне этот меч, я хочу на него посмотреть.
Харис дал ему меч, и Дабба признал меч своего сына.
Тогда он сказал Харису:
— От беседы — все беды! — и ударил его этим мечом
