— Напишите, что она получила от меня сто динаров в знак примирения вместо тех двухсот, о которых упомянул Абу Рафиа в увиденном ею сне. Напишите также, что она обязуется и клянется не видеть больше во сне Абу Рафиа, ведь он, чего доброго, скажет, что я должен ему еще что-нибудь, кроме этих двухсот динаров.
Услышав слова менялы, шейхи призадумались и, отказавшись от своего намерения выступить против менялы, сказали:
— Да проклянет тебя Аллах вместе с твоей распиской!
Однажды Амир ибн Абдаллах ибн аз-Зубайр оставил кошелек с деньгами в мечети и вспомнил о нем, только вернувшись домой. Он сказал своему слуге:
— Пойди в мечеть и возьми обратно кошелек, который я забыл там.
Слуга возразил:
— Где же я найду твой кошелек — сколько народу приходило в мечеть после тебя!
Услышав это, Амир удивился:
— Неужели еще есть люди, которые берут то, что им не принадлежит?
*
Однажды к Ибн Сирину пришел незнакомый человек и спросил его:
— Что ты скажешь о странном сне, который я видел вчера?
— Какой же ты видел сон? — спросил Ибн Сирин.
Тот человек начал:
— Мне снилось, будто я продаю овец и мне дают за каждую по восемь дирхемов, но я отказываюсь. Потом я проснулся и, открыв глаза, не увидел ни овец, не денег. Тогда я зажмурился и, протянув руку, сказал: «Ладно, давайте хоть по четыре дирхема». Но когда я открыл глаза, то опять ничего не увидел.
Ибн Сирин заметил:
— Может быть, покупатели нашли какой-нибудь изъян у твоих овец и потому не захотели их брать.
Человек подумал и сказал:
— Наверное, так и было, как ты сказал.
Рассказы о скупых
Одним из самых скупых людей был Мухаммад ибн аль-Джахм. Однажды друзья сказали ему: — Мы боимся, что сидим у тебя дольше, чем тебе бы хотелось. Ты подай знак, когда нам, по твоему мнению, лучше уйти.
Ибн аль-Джахм ответил:
— Таким знаком пусть будут для вас слова: «Эй, слуга, подавай обед!»
*
Абу Убайда рассказывал о случае, произошедшем с Ибн аль-Джахмом. Приехав в Йемаму, он остановился у Марвана ибн Абу Хафсы. Хозяин выставил на стол финики, а слугу отправил за маслом, дав ему всего кират. Когда слуга вернулся, Марван набросился на него с бранью:
— Так и норовишь обокрасть хозяина!
Но слуга ответил:
— Как же я мог украсть у тебя что-то — ты дал мне один кират, на эту сумму я и принес масла.
— Все ты врешь! — рассердился Марван.— Не иначе как денежки присвоил, а масло выклянчил бесплатно.
*
Очень скуп был также меняла Зубайда ибн Хамид. Зимой он занял у мелочного торговца два дирхема и один кират, не отдавал долг шесть месяцев, а потом вернул два дирхема и три хаббы.
Торговец рассердился:
— И как тебе только не стыдно, Зубайда! У тебя сто тысяч динаров, а у меня едва ли наберется сотня фальсов. Я собираю по крохам и, несмотря на это, дал тебе в долг два дирхема и кират, а ты отдаешь мне два дирхема и три хаббы, то есть на одну хаббу меньше, чем брал. А ведь хабба — это вес ячменного зерна.
— Да ты спятил, торговец! — возмутился Зубайда.— Я брал в долг зимой, а вернул летом. Кто же не знает, что ячменные зерна зимой весят больше, чем летом, потому что зимой они влажные, а летом сухие. Ты сам не понимаешь, глупый, какую выгоду извлек из сделки со мной.
*
У Яхьи ибн Халида спросили, как угощает гостей один из его знакомых. Яхья ответил:
— Его трапеза столь же безрадостна, как общение с покинутой женщиной, блюда выточены словно из горчичного зернышка, а от одной лепешки до другой расстояние больше, чем от времени появления одного пророка до следующего.
— С кем же он делит стол? — спросили Яхью.
— Лишь с ангелами небесными и больше ни с кем.
— Кто же ест вместе с ним?
— Только мухи.
*
Другой раз спросили у друга того же человека:
— Ты постоянно общаешься с ним и ходишь в рваной одежде, почему он не подарит тебе новую?
И тот человек ответил:
— Если б у него был такой большой дом, что тянулся б от Багдада до Куфы, и весь этот дом был бы полон иголками с вдетыми нитками, и если бы к нему явился Якуб попросить иголку с ниткой, чтобы зашить рубаху Юсуфа, своего сына, и если б с Якубом пришли архангелы Джабраил и Микаил как поручители, он ничего бы не дал им.
*
У Хасина спросили, доводилось ли ему когда-нибудь обедать у такого-то, и он ответил:
— Нет. Но я проходил мимо его дома, когда он обедал.
— А как ты узнал, что он сидит за едой?
— Я увидел у ворот его дома слуг с большими луками и острыми стрелами, они стреляли в пролетающих мух, чтобы те не смели даже приблизиться к дому.
*
Однажды начальник стражников Медины пригласил Ашаба вместе с другими гостями отобедать с ним. К столу подали жареного козленка, но хозяин ревниво оберегал его от посягательств прожорливых гостей. А когда Ашаб, пододвинув к себе козленка, оторвал от него кусок, хозяин сказал:
— Эй, Ашаб, у моих заключенных нет имама, который молился бы вместе с ними. Если тебе не терпится отведать козлятинки, я помогу тебе стать тюремным имамом.
— Уволь меня от своей опеки,— молвил Ашаб.— Клянусь, что разведусь с женой, если еще раз трону козленка у тебя на столе.
*
