- Беда великая. - Казалось, он пристально вглядывается во что-то прямо перед собой. - Горе горькое всем нам. - Крепитесь, люди. Храните в душе божественный свет. Зло воплощенное пребывает на земле. Погибель всем нам готовит.
Прихожане ждали, что старец добавит еще что-то, оттого заговорили не сразу.
- А что случилось-то там, за морем? Что за горе такое?
- Почтенный, что за злыдень появился в полудненном краю?
- Полудненные земли далеко…
Пророк резко повернул голову к сделавшему последнее замечание, и тот прервался на полуслове.
- Эх, люди, люди, - проворчал он, грозя кривым костлявым пальцем. - Верите в то, чего нет, и не верите тому, что видите воочию. Эти ваши сомненья - Исчадью Мрака подспорье.
Мужчины переглянулись. Бывало, старик говорил путано и непонятно, но попусту - никогда.
- Может, обойдет нас беда-то?
- Нет! Не обойдет… В стороне ни один человек не останется. Каждого переедет злыднева колесница, без разбору круша судьбы людские. Колесница та из костей человеческих и колеса у нее все в крови, а впряжена в колесницу эту сама смерть, - рек пророк.
- Что ты узрел, почтенный Белый?
- Видел, как реки выйдут из берегов, и небо упадет на землю.
- Почтенный, растолкуй нам, пожалуйста, что сие значит.
- Что должно случится в будущем?
- Случится ужасное… из мрака выскочат уродливые твари, чтобы убить людей. Страсти человеческие… Смерть, кровь, страдания, слезы… С вершин холмов, по склонам потекут кровавые реки… затопят улицы, и как рыбы в воде в них поплывут обезглавленные тела. Пламя обоймет Небесные врата, загорятся дома, и от огня разрушатся стены, но некому будет тушить пожар. И город… - Старец умолк, его лицо исказила гримаса боли. - О, боги пресветлые… я вижу… как рушится незыблемое… умирает бессмертное… Я вижу гибель Вечного города…
Предсказание поразило слушателей до оторопи. Подобное казалось невероятным.
- Такого быть не может!
- Нет на земле силы, способной разрушить Небесные Врата!
- Да. Пока такой силы нет… - Старец бочком начал спускаться по ступеням, постукивая перед собой посохом.
- Почтенный, ты куда? - окликнули его.
- К судьям, во Дворец. Потолковать мне с ними надобно.
- Позволь проводить тебя, почтенный.
- Не стоит труда. Я знаю дорогу! - отрезал он.
После его ухода мужчины вернулись в тень колоннады, чтобы обсудить предсказание. Никто из них не обратил внимания, как собрание покинул вечно недовольный чем-то хмурый человек.
Крашень, так звали этого человека, против обыкновения был весел, как никогда. Ибо его несказанно обрадовала новость, потрясшая и испугавшая всех остальных. Он старательно прятал глаза, глядя себе под ноги, что скрыть радость, и еле сдерживался, чтобы не рассмеяться.
“Сбылось! Ну, наконец-то! Он вернулся! Я ждал тебя всю жизнь, о, Великий Властелин Земли“, - думал он.
Крашень по прозвищу Молчун был вероотступником, или, как бы его назвали в Прошлом, кромешником, потому что, в действительности почитал богов Мрака. Храм он посещал, чтобы не навлекать на себя подозрения, ибо по закону предков “всякий, кто славит и оправляет обряды в честь каких бы то ни было богов, кроме светлых, должен быть предан смерти“. Хотя считалось, что с кромешниками давным-давно покончено, и уже никто не помнил, когда в последний раз казнили за преступление против веры, закон оставался в силе, ибо был одним из столпов Порядка.
Слова пророка о возвращении Темнозрачного Владыки земли укрепили веру Крашеня. Он злорадно потирал руки - теперь он сможет безбоязненно расправиться со всеми своими врагами и теми, кто плохо говорил о нем и его боге. Своей верной службой он непременно добьется расположения своего Господина, и тот сделает его очень богатым. А, может, даже… откроет тайну бессмертия!
Да! Господин непременно щедро вознаградит его за преданность.
Но сначала надо остановить старика, дабы тот не успел предупредить судей-велей, которые станут всячески препятствовать Владыке и отнимать у него время и силы.
Крашень кинулся проулками наперерез. Подстегиваемый мечтами о богатстве, он бежал, не чувствуя под ногами земли. Придерживая просторные одежды, он сжимал спрятанный в тяжелых складках кинжал с длинным, тонким, четырехгранным клинком. Это оружие он всегда носил с собой и очень гордился тем, что его жало освещено кровью великана.
Вель-книжник был не первым, кого Крашень принес в жертву, но единственным, с кем пришлось немало повозиться и натерпеться дикого страху - вели двужильные. Старик долго не хотел умирать… Заклав благородного, Крашень окропил его кровью алтарь богов Мрака.
Глупые люди назвали простым убийством то, что на самом деле было великой жертвой Темнозрачному Владыке!
Сей беспримерный подвиг, считал Крашень, сделал его особым, вознес над всеми прочими. И над велями с их законами тоже! Оставаясь безнаказанным, он уверовал, что имеет право лишать жизни других, и не только людей, но и сыновей деев.
