Крашень, уже давно ответил себе на извечные вопросы и точно знал, что именно угодно его душе. И естественно, еще при жизни. Власть и богатство - вот два столпа земного блаженства, между ними лежит путь к исполнению любых желаний. И пусть жрецы себе внушают, что властолюбие и алчность - это плохо и порочно… Гораздо, гораздо хуже, когда дущевные чаяния не сбываются.
“Теперь, когда Великий Темнозрачный Властелин вернулся, - думал Крашень, - у меня будет все. Он покарает тех, кто в него не верил и оскорблял. И воздаст тем, кто поклоняется ему. Для своих преданных слуг Он завоюет всю землю, и с ними вместе будет править миром“.
Да, Темнозрачный хотел завоевать землю. Но и в мыслях не держал, делиться с кем бы то ни было властью. В Прошлом, если бы кто-то из приближенных о том заикнулся, он просто убил бы его. Глупость какая - отобрать у одних, чтобы дать другим! Все, что он делал - делал только для себя. На земле нет - и не может быть! - равновеликого ему. Он чернел от злости думая, что вынужден отвоевывать принадлежащее ему. Только ему. Ему одному! А насколько правомерны его притязания, он никогда не задумывался. Пристало ли ему, богу, Потрясателю земли, сомневаться в собственной правоте?
С тех пор, как он вернулся, минуло лета два, а то и все три - он точно не знал. Потом найдутся счетоводы… Незачем измерять годами свою жизнь тому, чье имя Вечность.
Он успел обойти почти всю землю. Разведывал, разнюхивал, расспрашивал, смотрел, какие перемены произошли. Пакостил, вредительствовал, убивал - в общем, творил всякие злодеяния. Как же без них!
В то время, когда слепой провидец на ступенях храма Творца изрек пророчество, Темнозрачный, действительно, обретался в полудненных землях. Путь исканий привел его в Белохвостов, небольшой городок, похожий на десяток других, что стояли на берегах могучей Величаны-реки, от полноводия которой зависела сама жизнь в огромной долине.
Стражи открывали ворота с первыми лучами солнца, впуская в город жителей окрестных селений. Товар выкладывался на прилавки, когда воздух был еще прохладен и свеж с ночи, но самая оживленная торговля начиналась с приближением дневной жары - по мере того, как укорачивались тени, цены на свежие продукты снижались, и в последний час можно было купить съестное совсем задешево. Несмолкающий гул над площадью прорезали звонкие голоса мальчишек-водоносов и высокие напевы зазывал. В воздухе перемешивались ароматы благовоний, забивавшие неприятные запахи и отпугивающие насекомых.
Народ все еще прибывал - мужчины и женщины, с глазами обведенными синей краской, одетые в традиционные халаты и широкие штаны всех цветов, юноши с причудливыми прическами в безрукавках или сплетенных из разноцветных нитей оплечьях, девицы, выставлявшие напоказ свои голые животы с драгоценными камнями в пупках и побрякушками на талии, старцы в белом, с башнями из полотняных полос на головах, бабушки, кутающиеся с головы до ног в пестрые покрывала. По одежде полудников можно было скорее определить их возраст, чем знатность или сословие.
Темнозрачный прошел мимо соперничавших между собой за число зрителей заклинателя змей, выдувавшего из тростниковой дудочки тоскливые звуки, ворожившие и заставлявшие стоять на хвосте крупного, пустынного гада, и глотателя ножей, делающего страшные глаза перед тем, как в очередной раз погрузить в глотку клинок. Однако вредоносная сущность не позволила ему далеко уйти. Вернувшись к двум небольшим собраниям, он устроил переполох.
Нож вдруг застрял в горле глотателя. Но зрители об этом догадались не сразу. Поначалу даже приняли происходящее за шутку. Бешено вращая глазами, фокусник попытался извлечь прочно засевшее железо, но безуспешно. Если прежде его действия пугали и заставляли затаить дыхание, то теперь его нелепые телодвижения порождали взрывы хохота. Толпа вокруг него многократно увеличилась, привлеченные смехом, к ней присоединились не только зрители, прежде глазевшие на заклинателя змей, но и покупатели с торговцами из ближних рядов.
Первой о неладном догадалась помощница глотателя, приукрашавшая выступление нехитрым танцем и звоном бубна. От нее, остановившейся и присевшей от страха, тревога передалась остальным. Люди ахнули, когда лишившийся сознания фокусник - как был, с запрокинутой головой - рухнул в пыль.
И тут совсем рядом раздались крики, завизжали женщины.
Люди, забыв о несчастье, свидетелями которого только что стали, бросились на голос, в жажде нового зрелища. Поднялся шум, началась суматоха.
Оказалось, что змея напала на своего владельца. Она кусала его за лицо, перед каждым броском извиваясь и заставляя набежавшую толпу отхлынуть назад. И люди, не в силах помочь, издали с ужасом наблюдали за жуткой гибелью человека, прежде имевшего власть над ядовитой тварью. К тому времени, когда прибежавший на крики страж порядка, мечом разрубил пустынного гада пополам, заклинатель был уже мертв.
