– Да. Я раздаю цветы, их очень много. Я люблю их, это тоже один из моментов моего очищения. Мы сейчас наконец-то детям младшим сделали квартиру в Москве.
– Детям брата?
– Детям брата, моим детям. Дети не бывают брата или кого-то еще. Когда меня начинают жалеть, я говорю: вы не меня жалейте.
– А что, часто жалеют?
– Ну, говорят: «Вот у вас нет детей», «Ой, вы не спились?» Нет, я не спилась, даже Facebook недавно освоила. (Улыбается.) Я хочу сказать, что моего ощущения материнства хватит не только на детей, на цветы, на друзей, на моих родных – я не знаю – на букашек, таракашек. Мои родители были для меня детьми, папа ушел в восемьдесят четыре, мамочка чуть-чуть не дотянула до восьмидесяти восьми. Вот сейчас я была в Нанте и был день ее памяти, я вспомнила мамочку. Мама с папой объездили весь Советский Союз, но не были за границей, теперь, когда я выезжаю, выезжаю, можно сказать, вместе с ними – я смотрю на мир и их глазами. И плакать по этому поводу не надо. Я человек ранимый, но не обидчивый. Обиду за собой не тащу, потому что в первую очередь хорошо отношусь к себе.
– Это, кстати, важно.
– Нельзя жить с обидой в сердце, отпускать надо. Не надо стучаться в ту дверь, где написано «посторонним вход запрещен».
– А ты всегда знаешь, твоя это дверь или нет?
– Ты что! Я обязательно куда-нибудь вляпаюсь.
– Я сейчас смотрю на тебя: красивая стройная женщина, прямо статуэтка. А я вот обожаю твою героиню с кустодиевскими формами в фильме «Циники» Месхиева…
– …роль Марфуши? Моя любимая. Я везде толстая. Я раньше «Анкор…» не воспринимала из-за этого, а теперь отношусь к этому фильму совсем по-другому.
– Ты мне как-то говорила, что ненавидишь тренажеры, но глядя на тебя, возникает ощущение, что ты из спортзала не выходишь.
– Смотри, я могу сейчас ногу и так и так. (Демонстрирует.) Я могу и на шпагат сесть.
– Остановись, прошу!
– Смеется он! Не бойся, я хоть и на пенсии, но не поломаюсь. Еще не сдамся. Я в детстве занималась, а потом фитнес в моей жизни появился, когда Андрей Сергеевич Кончаловский позвал в театр Моссовета в чеховскую «Чайку». У меня рядом с домом был спортклуб, а по утрам я вставала и бегала по стадиону. Ходила с этими железками всякими и первую неделю плакала кровавыми слезами. Но так как я бык, я брала себя за волосы и тащила заниматься, а потом втянулась. У меня с утра всегда лежала форма чистая, я выпивала воды и уже бежала – мне нужно было растянуться, на шпагат сесть. А вообще я даже фехтовала хорошо в свое время. Мне нравились эти мальчишеские забавы. Я машины разные водила, даже военные…
– Все-таки энергия в тебе бьет через край!
– Кого-то моя стихия пугает, кому-то хорошо со мной. За мной не стоит тот, кто бы меня защитил, поэтому, ты знаешь, приходится быть энергичной, в тонусе и всегда отстаивать свою точку зрения. Я не пятак, чтобы всем нравиться. Я же нытик. Когда луна, я говорю: «Привет, луна, привет, подруга». Девочки, если вам плачется, то поплачьте, это мой вам совет. Если вам грустно, ну просто погрустите, ну пожалейте себя, но не долго. Я не люблю, когда жалеют меня, а больше всего ненавижу, когда начинаю жалеть сама себя. Пожалела немного – хватит, вперед.
– Как думаешь, ты смогла бы впустить еще кого-то на свою очень личную территорию?
– Еще и не раз. (Смеется.) А потом, говорю же, все мои влюбленности перетекают в дружбу. Вот Бахтик (режиссер Бахтиёр Худойназаров. – Прим.) например. Не говорить о нем я не могу, потому что это сумасшедшая страница в моей жизни, фантастическая, разнообразная. Мы уже были не вместе, когда он уходил (у него была онкология), я приехала к нему, сидела рядом и держала его за руку. И он меня спросил: «Тебе не страшно…», только не договорил «…что я умру на твоих руках». И я ему ответила: «Нет, потому что я с этой теткой (со смертью) уже встречалась». У нас с Бахтиком были очень эмоциональные отношения, много всего было, но опять же я его не оставила, понимаешь, обиды на него не было.
– Твоя душа, Ира, такая обнаженная. А это чревато последствиями, и не всегда самыми лучшими.
– Наверное. Вот Омар Хайям потрясающе сказал: «Ты лучше голодай, чем что попало есть. И лучше будь один, чем вместе с кем попало». Хорошие слова, правда?
