Говорят, чем ближе человек к природе, тем он искреннее и добрее. Истинная правда! Едва Антон ударился о мать сыру землю, как враз обернулся добрым молодцем, став тише воды ниже травы, и заискрил глазами не хуже Финиста – ясного сокола. Безмятежно возлежа Ильей Муромцем на лоскутном покрывале леса, он наблюдал, как калики перехожие, побросав сумы перекатные, засеменили в муравейник; Соловей Разбойник, тот еще жук, рухнув с дуба, задрыгал ногами и сердито зашепелявил; а гусеница – ведьма, подавившись и не проглотив, притворилась костяной ногой. Но скоро сказка сказывается, да нескоро дело делается. Долго ли коротко лежал на боку богатырь щуплого телосложения, пока не услышал голос чудный из аппарата дивного: «Орел, орел! Ответь соколу!» Испил тут Антон-царевич живой водицы из лужи около чела своего ясного и вспомнил, что он не кто иной, как помощник батюшки-мэра, выполняющий дела государственной важности. Вскочил на резвы ноженьки и отправился, куда глаза глядят, разговаривая с тем не знаю с кем.
– Орел на приеме. Доложите обстановку. Объект обнаружен?
– Нет еще. Лес полностью оцеплен. Движемся к вам навстречу. Как поняли? Прием.
– Вас понял. Продолжайте поиски. Отбой.
Рация, поцокав белкой, умолкла.
Короткое донесение, вполне понятное герою повествования, наверняка, ввергло в недоумение нашего любезного читателя и показалось ему если не полной ерундой, то заставило поморщить лоб и вздернуть брови. Не будем, злорадно хихикая, томить мучительным мхатовским молчанием, ибо рискуем получить кучу судебных исков о возмещении ущерба за косметические процедуры, и сразу объясним, что к чему.
К Антону, застывшему на откосе и обозревающему величественные дали, явилась прекрасная Муза. Неизвестно, какой из девяти отделов департамента изящных искусств она возглавляла, но сходу вникла в курс дела и оказала посильную помощь в решении насущной проблемы. Музы, надо заметить, вообще достаточно беспардонные личности. Они навроде загубинских чиновников – когда нужно, не дозовешься, а когда без надобности – так и шастают, горя желанием облагодетельствовать того или иного индивида от рождения. Объяснить сей факт невозможно, хотя у автора этих строк имеется подозрение, что и богини составляют ежеквартальные и годовые отчеты, чтобы предоставить их вышестоящему начальству. Но оставим данный вопрос в ведении схоластов и обратимся к чаяниям нашего героя. Представительница вышестоящего органа небесной канцелярии нашептала ему на ушко достаточно прозаическое, но, тем не менее, оригинальное решение – объявить всеобщую мобилизацию по поимке ежей. (Нет, все-таки это, наверное, была Талия, хотя до конца и не уверен). Антон Невольнов обратился за помощью к леснику и директору подросткового лагеря «Бобская губа», располагавшегося неподалеку от Загубинска. Те, естественно, в силу субъективно-объективных причин согласились помочь. Неизвестно, что более повлияло на их решение: боязнь быть выпущенным на волю или страсть к борзым щенятам. Но факт остается фактом. Работник лесопромышленного комплекса скоропостижно прервал дружественные узы с Хмелем и с удивлением узнал, что, оказывается, является надсмотрщиком берез, елей и прочей живности, произрастающих вблизи его избушки. В спешном порядке, даже не покалечившись, он изучил вверенные ему государством владения и составил план облавы. И в результате в один из дней, ближе к полудню, лесок без всякого объявления войны подвергся внезапному нападению превосходящих сил противника в виде одной пехотной роты юных лагерников и механизированной автоколонны мэрской администрации. Навстречу детским голосам, перепугавшим лесных обитателей, сейчас и пробирался наш незабвенный герой.
– Все идет по плану, все идет по плану, – сменил репертуарчик Антон, расслабившись и повеселев от осознания близкой подмоги.
