– Понятно, значит, вы из плеяды тех, кто жаждет облагодетельствовать человечество, – перебил я его. – Нет, но это уже не оригинально. Подобными персонажами напичкана и литература, и кинематограф. Возьмите любой бульварный роман и найдете в нем и сумасшедшего профессора, и подробное описание способов строительства рая или ада на земле, в зависимости от цели автора, а также неизбежное крушение замыслов персонажа. Нисколько не сомневаюсь, что опыты вы производите вон на том гинекологическом кресле.
– И да, и нет, – усмехнулся Аполлон. – Таких глобальных целей для себя я никогда не ставил. Просто у меня такое, если хотите, хобби. Кто-то бабочек изучает или собирает марки и монеты, а я препарирую чувства человека. Понимаете, всю нашу жизнь можно сравнить с чем-то огромным, состоящим из постоянно пополняемых, прилипающих к нему частей. Удаляя или заменяя малое, постепенно вы измените и само целое. В результате получите совершенно иную личность того или иного человека. К примеру, есть множество людей, которым отравляют жизнь ничего не значащие, на первый взгляд, воспоминания. Ну, скажем, бабушке место в трамвае не уступили или нахамили и обидели близкого человека. Мелочь – не более того, время от времени приходящая по тем или иным причинам вам в голову. В результате портится настроение, под влиянием которого вы совершаете иные поступки, отличные от могущих быть совершенными, если бы данного воспоминания у вас не имелось. Вспомните, наверняка, у вас ни с того ни с сего резко менялось настроение, причем видимой причины для этого не имелось. Если вытащить из головы негативные мелочи, которые отравляют жизнь, то и сама жизнь станет лучше.
– Так, значит, конечная цель все же – благоденствие для всего человечества, – не выдержал я. – А утверждали, что нет.
– И продолжаю утверждать, – нисколько не смутился собеседник. – Мне, по большому счету, все равно, что в дальнейшем станет с человеком. Это, как игра в пазлы, закончил один – начинаю другой. Но по опыту знаю, что никто из моих клиентов на судьбу не жаловался. Напротив, они постоянно приходят ко мне «почиститься». Денег за это я не беру, а, наоборот, приплачиваю кругленькую сумму.
– Вы состояние на сантехнических сувенирах заработали или от бабушки в наследство получили?
– А вот это коммерческая тайна. Но скажу, что в деньгах недостатка не испытываю и могу жить в собственное удовольствие.
– Понятно, только зачем вы мне это все рассказываете? Не боитесь, что пойду и донесу на вашу сомнительную деятельность нашим славным правоохранительным органам?
– Нет. Ну, кто вам поверит? В лучшем случае, сочтут за чудака, в худшем – за сумасшедшего. А будете настаивать – нарядят в рубашку с длинными рукавами. У меня на вас свои виды. Дело в том, что новых клиентов у меня давненько не было, а вы, как я понимаю, нуждаетесь. Так что баш на баш – вам деньги, мне мелочи. Предупреждаю, что сеанс безболезненный и занимает пять-десять минут. Согласны?
– Надо подумать.
– Тут и думать нечего. Неужели не интересно? Судя по всему, вы человек в меру авантюрный и бесстрашный. Ну, так как?
Я покрутил бокал в руках, рассматривая нового знакомого сквозь коричневую жидкость.
– Ладно, можно попробовать. Доставайте бубен, любезнейший Шаман Аполлонович, читайте мантры и призывайте на помощь духов…
– Бросьте, – поморщился Аполлон. – Какие духи?! Все очень просто. Вы садитесь в это, как вы изволили назвать, гинекологическое кресло, к голове подключаются электроды. Все время вы находитесь в сознании, все видите и в любое время можете прервать сеанс. А помощник у меня, действительно, есть. Точнее, помощница. Я ее сейчас приглашу, а вы пока подумайте и выберите ненужную мелочь жизни.
Дверь выпустила Аполлона, и вскоре он появился вновь, ведя за собой прелестное белокурое создание, изначалие длинных ног которого едва прикрывало коротенькая юбочка, а грудь не умещалась в глубоком декольте. Смазливую мордашку, умело размалеванную макияжем, подчеркивали алые улыбающиеся губы. Кресло вышвырнуло мое тело из пухлых объятий.
– О, несравненная Дульсинея Тамбовская, Афродита моего сердца, преклоняю колени пред вашей неземной красотой. Пожалейте раба вашего! Будьте моей навеки! Пожалуйте в подарок свою изящную десницу и мышцу, перекачивающую кровь по вашему неземному организму!
К несказанному удивлению, прелестница зарделась и спряталась за спину Аполлона. Тот усмехнулся.
– Не обращай на него внимания, дочь. Это наш новый поставщик мелочей. Кстати, вы, Сергей, угадали. Ее, действительно, зовут Афродитой.
– Афродита Аполлоновна! – восхитился я. – Ну, вы даете! Если у вас и фамилия еще «божественная», то у меня просто нет слов!
– К сожалению, – вздохнул владелец прелестной дочурки. – Фамилия обычная: Боковы.
Я поперхнулся дымом сигареты и истошно закашлялся.
– Что ж, бывает, – отдышавшись, вымолвил я. – Нет, вы подумайте! Разница всего в одну букву, а каков результат!
– Ладно, – начал сердиться профессор. – Пожалуйте в кресло. Афродита, помоги поставщику.
