Второй кочевник попытался достать её коротким, без замаха, ударом в грудь, но вместо этого захрипел и осел на песок, получив резкий тычок пальцами в горло. Мельком убедившись, что противник потерял к бою дальнейший интерес, Лисси обернулась к первому врагу. Тот уже доставал из ножен длинный кинжал, злобно ухмыляясь. Лучи солнца весело заиграли на клинке, отражаясь на его гранях.
Лисси самую малость отошла с линии удара, метившего ей в живот. Не встретив сопротивления плоти, кочевник просунулся вперёд и сразу пропустил удар ладонью в переносицу. Из носа тут же брызнула алая кровь, заливая светлую одежду и стекая на песок. На удивление быстро собравшись, он попытался атаковать снова, но девушка оказалась стремительнее. Проворно перехватив его руку, она резко повела её вверх, одновременно сгибая в локте и кисти. Нападавший, поняв, чем закончится это движение, закричал на Общем Слове, почти без акцента:
– Не-ет! Не надо!..
Лисси, не изменившись в лице, довела выполнение техники, что на эльфийском называлась «Горный ручей ломает сухое дерево», почти до конца, не сделав лишь заключительное движение, разрывающее сустав.
– Если вы посмеете ударить своих жён, – проговорила она, глядя прямо в глаза скулящему от боли в сломанной руке противнику, – я убью вас. Переведи! – бросила она Кайхему.
Внезапно откуда-то сзади раздался тревожный окрик, и все, как по команде, повернулись в ту сторону, враз забыв о расправе над двумя соплеменниками, учинённой чужестранкой. Поднимая тучу песка, к лагерю стремительно приближался отряд вооружённых мечами людей. Порядка двух сотен, они бежали с клинками наголо, совершенно недвусмысленно выказывая намерения. Все, как один, были одеты в развевающиеся на ветру, просторные накидки светло-жёлтого цвета, что объясняло, почему их не заметили на дальних подступах.
Этому странному войску оставалось до лагеря кочевников каких-нибудь полторы-две лиги, когда те, наконец, подняли тревогу.
– Заннумы! – воскликнул Кайхем, бросаясь в свой шатёр за оружием. – Заннумы наступают!
– Мой меч! – вторила Лисси, устремляясь вслед. – Отдай меч!
Из жилища предводителя кочевников они выскочили одновременно, чудом не запутавшись в пологе, прикрывающем вход. Вооружённые мужчины, а их было чуть меньше полусотни, ждали распоряжения Кайхема. Тот прокричал что-то на своём наречии, и обернулся к Лисси:
– Я хочу заманить их в лагерь! Здесь, меж шатров, можно навязать им свою битву.
– В лагере женщины и дети! – пытаясь перекричать шум толпы, возразила девушка. – Ты подвергаешь их опасности.
Ей подумалось про Зали и Арру. Что будет с ними, если враг ворвётся в лагерь?
– В открытом бою нам не устоять, – мотнул головой Кайхем. – Заннумов вчетверо больше, и, если мы падём, то не спасём ни женщин, ни детей. А так, погибнет лишь какая-то часть.
– Может, ты уже и наметил, кого именно принести в жертву? – издевательски осведомилась Лисси, оглядевшись вокруг.
Многие внимательно прислушивались к их спору.
– У тебя есть другая идея?
– Да! Броситься в бой, – с жаром воскликнула девушка. – Этого они не ждут, и потому растеряются. Первым ударом мы сильно сократим их число. А потом уже, если потребуется, может отступить, заманив их в лагерь. Так, по крайней мере, будет меньше убитых среди женщин и детей твоего племени.
– Слишком рискованно, – нахмурился Кайхем. – Я не…
– Извини, но на разговоры времени не осталось, – бесцеремонно перебила его Лисси. – Я иду биться! – крикнула она в толпу мужчин, после чего бросилась бежать навстречу приближающемуся отряду заннумов.
Девушка не особо рассчитывала, что кочевники поняли, что она сказала, и уж тем более, что последуют за ней. Тем больше было её удивление, когда она услышала топот бегущих ног и лязг оружия за спиной.
– Женщина не может начинать войну между племенами, – проговорил Кайхем, поравнявшись с ней. – Это – позор для всех мужчин! Таков закон…
– Шикарно! – на полном серьёзе восхитилась Лисси. – Хоть какая-то польза от ваших дурацких законов.
До первых заннумов осталось не больше полусотни шагов. Девушка выхватила клинок, яростно сверкнувший под южным солнцем. Кайхем, бежавший рядом, был вооружён двумя короткими обоюдоострыми мечами с зазубриной у самой рукояти. Наступающий враг, насколько она успела разглядеть, предпочитал слегка загнутые сабли, по длине сопоставимые с её собственным оружием.
Она врубилась в толпу заннумов, нанося удары направо и налево, едва успевая отбивать встречные атаки. Песок под ногами окрасился алым.
Довольно быстро в этой смертоносной сече она получила первую рану: до мастерства Эннареона, который мог остаться невредимым в тесной рубке меч-в-меч, ей было далеко. Клинок заннума скользнул по её руке, оставив глубокий порез. Прорычав ругательство, Лисси сделала встречное движение мечом, и отличившийся меткой рукой враг упал на песок с проткнутым лёгким и рассечённой аортой.
