Шабнам, младшая дочь Султана и Шарифы, скачет по комнате, как веселый жеребенок. Она обнимает Лейлу, а Лейла в свою очередь обнимается с Шарифой. Тут же стоит вторая жена Султана Соня с Латифой на руках и улыбается. Неожиданно для всех Султан решил забрать Шарифу с Шабнам домой.
«На лето», — говорит Султан.
«Навсегда», — шепчет Шарифа.
Султан уже уехал в магазин, дома остались одни женщины. Они усаживаются на пол в кружок, и Шарифа принимается раздавать подарки. Лейле достается платье, Соне — шаль, Бюльбюле — сумочка, Бибигуль — вязаная кофта, для остальных членов семьи Шарифа накупила одежды и пластмассовых украшений. Сыновьям она привезла аж по нескольку комплектов одежды — такой на кабульских рынках нет. И забрала с собой любимые вещи.
«Я ни за что туда не вернусь, — говорит она. — Ненавижу Пакистан».
Но она знает, что все в руках Султана. Если он велит ей ехать обратно, придется подчиниться.
Жены Султана сидят рядышком и щебечут, как старые подружки. Они сидят, разглядывают ткани, примеряют блузки и украшения. Соня хлопает рукой по подаркам, которые Шарифа привезла для нее и для ее маленькой дочери. Султан редко когда дарит молодой жене подарки, так что приезд Шарифы внес приятное разнообразие в ее монотонное существование. Приодетая матерью Латифа выглядит как куколка в новом ярко-красном платье из шелестящей ткани.
Женщины обмениваются новостями. Они не виделись больше года. Даже не разговаривали: телефона в квартире нет. Самое значительное событие в жизни кабульских женщин за это время — это свадьба Шакилы, и они в мельчайших подробностях расписывают, какие она получила подарки, во что все были одеты, и сообщают про помолвки, свадьбы, роды или смерти в семьях родственников.
Шакила рассказывает, как поживают беженцы в Пакистане. Кто вернулся домой, кто остался.
«Да Салика обручилась, — говорит она. Семья, конечно, недовольна, но куда ей было деваться? У парня нет ни гроша за душой, и лентяй он, каких поискать, полное ничтожество», — добавляет она.
Женщины кивают. Все помнят Салику как девчонку, у которой на уме лишь украшения и наряды, но все равно жалеют ее: бедняга, ей придется выйти замуж за нищего парня.
«После такого свидания в парке Салику месяц держали под домашним арестом, — повествует Шакила. — И вот в один прекрасный день пришли мать и тетя парня, чтобы посвататься к ней. Родители ответили согласием. А что им еще оставалось, когда ее репутация уже испорчена? А празднование помолвки! Настоящий скандал!».
Женщины слушают, затаив дыхание. В особенности Соня. Вот это ей близко, это ей понятно. Истории Шарифы заменяют ей мыльные оперы.
«Настоящий скандал», — повторяет Шарифа для пущего эффекта. По обычаю это празднование помолвки платит семья жениха, она же дарит невесте платье и украшения. — Когда родители встретились, чтобы обсудить помолвку, отец парня вложил в руку отца Салики несколько тысяч рупий. Тот как раз приехал из Европы, чтобы уладить семейные неприятности. Когда он увидел деньги, то недолго думая бросил их на землю. «И на это ты собрался устроить праздник?» — закричал он. — В тот момент Шарифа сидела на лестнице и слушала, так что она может поручиться за каждое слово. — «Нет уж, забирай свои гроши! Придется нам самим раскошелиться на помолвку», — сказал он.
Отец Салики тоже далеко не богач, он жил в Бельгии, надеясь получить статус беженца и потом вызвать к себе семью. В Голландии ему еже отказали, и в настоящее время он существовал на пособие, выплачиваемое бельгийскими властями. Но празднование помолвки имеет важное символическое значение, разорвать помолвку практически не возможно. Если это все же случается, девушке потом очень трудно выйти замуж, даже если разрыв и произошел не по ее вине. Празднование помолвки также демонстрирует окружающим, как обстоят дела у семьи. Какие были украшения, сколько стоили? Какую подавали еду, сколько выложили за нее? Какое на невесте было платье, во сколько обошлось? Какой играл оркестр, сколько ему заплатили? Если праздник выглядит бедно, это значит, что семья жениха невысоко ценит невесту и тем самым выражает непочтение ко всей ее семье. То, что отцу пришлось залезть в долги ради праздника, который никому в семье не был в радость, за исключением, может быть, Салики и ее нареченного, не имело значения. Главное, что честь семьи спасена.
