– Возможно, ответ где-то на чердаке, – заметил Тоби. – Я отсканировал еще не все документы. Мы можем продолжить поиски. – Он потянулся через стол, взял ее руку в свою – простой жест поддержки, как тогда, когда она положила руку ему на плечо в темноте перед рассветом. – Если ответы там, мы их найдем.
Рэйчел ничего не сказала, лишь смотрела на его большой палец, погладивший ее кожу. Она вдруг почувствовала благодарность за то, что он был рядом, благодарность за то, что пока не осталась в одиночестве, и еще за то, что не только ей так отчаянно хотелось узнать правду.
– Ты ужинала? – спросил он. – Наверняка нет. Давай сделаю тебе пасту. Десять минут, и будет готово.
Она согласилась, потому что проголодалась, а на кухне Тоби было тепло и светло; тени в углах казались не зловещими, а уютными, а еще она подозревала, что ему, как и ей, хорошо известно, каково это – всегда носить на душе груз. Всегда. Всегда.
За первой ночевкой в доме Иди последовала вторая, а потом и третья. Они ничего не обсуждали; просто каждый вечер после урока гравюры Иди ставила перед Джилли тарелку с едой, а потом Джилли просто… никуда не уходила. Она нервничала и знала, что принимать чужие одолжения – плохая идея, но не могла притворяться, что ей не нравится спать в нормальной кровати и жить в нормальном доме рядом с человеком, от которого не исходит угроза. К тому же идти Джилли было больше некуда, особенно если она собиралась и дальше работать в книжном – а она собиралась. Она подозревала, что рано или поздно Иди ее выгонит, и вела себя тихо как мышка и старалась поменьше попадаться ей на глаза. Пользовалась вещами Иди только при крайней необходимости, еду с кухни не брала, ела лишь то, что Иди сама ей предлагала. Все клала на свои места. Максимум, что она себе позволяла, – попить воды из-под крана.
Будь невидимкой, и тогда, может быть, мир оставит тебя в покое.
Утром четвертого дня Джилли встала и спустилась вниз, направляясь к входной двери. Иди окликнула ее с кухни:
– Джилли! Поди-ка сюда на минутку!
Джилли остановилась, положив руку на задвижку.
– Мне надо в книжный, – произнесла она.
Иди встала в дверях.
– Но еще нет восьми. А подняться на холм – пять минут, а не полчаса.
– Что случилось?
– Ничего, – ответила Иди, – в том-то и дело! Ты просыпаешься и уходишь. В свободное от уроков и работы в магазине время болтаешься бог знает где – в любую погоду. Почему? Зачем ты это делаешь?
Джилли так и стояла, схватившись за задвижку. Она пожала плечами. Иди молчала, пристально глядя на нее, и Джилли это не понравилось. Она не нуждалась в жалости и терпеть не могла, когда люди давали ей что-то и взамен ждали, что она станет отвечать на вопросы.
– Тебе не обязательно где-то гулять в свободное время, вот что я хочу сказать, – сказала Иди. – Ты мне совсем не мешаешь, и Рэйчел нужна твоя помощь. Живи здесь, так всем будет удобнее. Давай договоримся здесь и сейчас, что теперь это твой дом.
– Мой дом?
– Да. Ты же все равно тут живешь, верно? Так давай договоримся официально. Тогда не надо будет шнырять по дому, как привидение.
Джилли моргнула.
– Сколько?
– Сколько – что?
– Денег. За аренду, – ответила она. – Если я буду здесь жить, я должна платить вам аренду.
Иди скрестила руки на груди.
– Ничего ты не должна. Мне не нужны деньги. Лучше откладывай на черный день.
– Я не халявщица. Не разрешите платить – я уйду.
– Ладно, – вздохнула Иди. – Плати, сколько считаешь нужным.
– И еще надо установить границы, – добавила Джилли.
Иди вскинула брови:
– Границы?
– Раз я плачу за проживание, вы не задаете лишних вопросов.
– Хорошо…
– Уважаете мое личное пространство, а я уважаю ваше.
Иди кивнула:
– Справедливо. Значит, уговор?
Джилли подумала немного и ответила:
– Уговор.
Иди повернулась, сняла с крючка на стене небольшую связку ключей и протянула Джилли:
– Держи. От парадного и черного хода. Когда я ухожу, то запираю обе двери.
Джилли уставилась на ключи.
– Ну давай же, бери. – Иди забренчала ключами. – Или мне нужно подстраиваться под тебя и быть дома каждый раз, когда ты явишься, чтобы открыть тебе дверь?
Джилли взяла ключи. Иди повернулась и пошла на кухню.
– Вот и славно, – сказала она. – Пойдем завтракать, у меня бекон остался. Перекусишь перед работой.
