И тут в сознание вклинился мерзкий резкий звук. Кочергин резко вдохнул. Точно, перед ним образовалось пустое пространство, а сзади ему настойчиво сигналили, призывая не тормозить и без того улиточное движение. И правда — надо валить отсюда, да поскорее.
Бросив осторожный косой взгляд в сторону, где на него так и таращился мужик-череп, Кочергин нажал на газ. Господи, да что творится. Его что, глючит со вчерашнего дня? Ему в кофе что-то подмешали? Или это последствия той осенней заразы?
Может, и никакой Маловой вообще не было?
Кочергин тряхнул головой, так что перед глазами поплыли цветные круги. И снова чуть не врезался в синюю машинку. И что теперь делать? Забиться в угол и плакать? Надоест. Бухать? Ещё чего, хватит с него одного запоя, когда он чуть в сугробе не замёрз. Потом ещё Сонька его из вытрезвителя забирала. До сих пор припоминает, гадюка.
А он, между прочим, тогда запил из-за неё. Это же она к нему в кровать залезла, да ещё подстроила всё так, чтобы его девушка их увидела. Вот его единственная и вышла за другого. А Кочергин, когда его прокапали, узнал, что скоро станет папой и почти женат. Как они с Сонькой подавали заявление, он, впрочем, так и не вспомнил.
Хорошо, что отвлёкся на мысли о незадачливой личной жизни, аж полегчало.
Наконец ехать стало попроще — дорога ушла вглубь Сормова и немного освободилась. Это что же в городе вечером-то будет. Коллапс.
Кое-как забравшись во дворы хрущёвок, Кочергин отыскал место среди сугробов и заметённых снегом авто. Припарковался. Вышел и глубоко вдохнул. Мысли не чтобы совсем прочистились, но в целом стало поспокойнее. Главное — не вспоминать, кто и что ему встретилось по дороге сюда. Потому что ещё обратно катить.
Так. А зачем он, собственно… А, ну да. Элина. Это она, значит, тут квартирует? Ну, работает-то явно в другом месте, то есть приглашает клиентов не к себе домой. Слишком труднодоступное место для стоимости её часа. Так дольше проездишь. Может, снимает квартиру где-нибудь в центре. Или сама по вызовам гоняет.
Кочергин направился к серому панельному дому. Во дворе местные устроили что-то вроде мини-парка с клумбами, а в центре высадили ёлочку, теперь наряженную мишурой и ярко-красными пластиковыми шариками. Ну точно как ранетки на картине этого сумасшедшего мага Шварцстрема.
Так, вот дом, в котором живёт эта Элина. Ага, а на фоточках в соцсетях у неё квартира с панорамными окнами, сауной и столовой. Чья хата, интересно.
Из нужного подъезда как раз выходила тётушка в тулупе, спортивных штанах и валенках. Судя по всему, несла угощение местным бродячим кошкам — молоко да размятые котлеты в мисочке. Кочергин привычно прикрыл лицо полями шляпы и проскользнул мимо соседки Элины в подъезд.
На каждом подоконнике — по отряду растений в горшках. И все выглядят вполне прилично, некоторые даже цветут — разлапистый декабрист, например. Целые гроздья ярко-розовых цветков. Да ещё аж три белых паруса в соседнем горшке.
Кочергин поднялся на пятый этаж. Подошёл к двери Элины. Обычная дверь. Старая, не так чтобы дорогая. Нажал на кнопку звонка. Ничего не произошло.
Кочергин нажал снова, подержал палец на кнопке, слушая протяжный звон. Убрал руку и замер. Из квартиры не доносилось ни звука. Отсвет в глазке́ не колебался. Запах странный.
Приникнув к месту, где дверь упиралась в косяк, Кочергин потянул носом. Сладкий запах. Приторный. Похож на мерзкий ароматизатор. И ещё будто бы по́том тянет. Как если на ком-то выступила испарина. Запах кожи смешался с лекарственной вонью и какими-то парфюмерными отдушками от дезодоранта, крема или чего-то подобного. И ещё… моча? Может, у Элины зверёк какой живёт? А в прихожей — лоток, который она моет мыльным пахучим средством.
Кочергин выпрямился. Враньё. А лгать самому себе — плохая идея. Кто-то внутри этой квартирки потел от страха. Если не ужаса, потому что ещё и описался. Вернее, описалась. Запах-то женский. Что же её так напугало.
И тут Кочергин вспомнил копии протоколов, которые ему подсунула Малова. А ведь её покойный муженёк тоже перед тем, как дать дуба, штаны-то обмочил. Кочергин отступил от двери на шаг. Так этот коллекционер что, умер от страха? И его содержанка, возможно, тоже теперь разлагается внутри своей квартиры с гримасой ужаса на прокачанном лице? Хотя запаха мертвечины вроде бы нет. Пока.
А сам Кочергин? Он вообще жив, или как? Просто, если вспомнить, чего он сегодня насмотрелся…
Внизу грохнула дверь, потом что-то несколько раз хлопнуло, и по лестнице глухо затопали шаги. Так. Это соседка Элины, что выходила кормить кошек, почистила валенки и теперь поднимается к себе. А если она живёт на этой же площадке?
Уже второй этаж прошла. Кочергин быстро окинул взглядом двери, лестницу на чердак, высокие стены, уходящие под крышу. Ага, вот хорошее место. Порадовавшись своим почти двум метрам роста, Кочергин быстро установил миниатюрную камерку на металлический шкафчик с проводами интернет-кабеля. Жаль, нет времени удостовериться, что камера смотрит на нужную дверь. Но тётенька в валенках уже миновала третий этаж.