Когда они оказались на Подкове, Варэк не удержался и спросил, не боится ли Гуго оставаться наедине с тем, кто утром чуть не отправил его в вечное послушание на Чёрный Крушт. Гуго поправил повязку на ране, а потом со смехом сказал, что, во-первых, он безоружен, а во-вторых…
– Не станешь же ты рисковать своим спутником? Видно, что он тебе очень дорог.
Несколько секунд Гуго смотрел вдаль, а потом полез, словно забыв про рану, к рулю. Воздух опять огласил рёв страдающего крушта.
– Терпи, родной, терпи! – кричал Исполин, одной рукой управляясь с рулём, а вторую прижав к ране. – Терпи, всем нам иногда бывает больно!
Вернувшись на Подкову, Гуго приложил палец, красный от выступившей на повязке крови, к губам. Зачем он попросил Варэка ничего не говорить, стало понятно через пять минут.
Варэк не был так чувствителен к красотам природы, как его друг Лилле, но остаться равнодушным здесь мог только слепой.
Крушт медленно проплывал над полем больших, с локоть шириной, цветов. Лучи закатного солнца выжимали из разноцветных лепестков все прятавшиеся там оттенки, подчёркивая каждый удачными тенями. А когда в небе зажглись первые звёзды, над полем раздался умиротворяющий гул, похожий на тихую музыку.
– Это ночные пчёлы, – пояснил Гуго, вдоволь вкусив пищи для глаз и ушей. – Они больше нигде не водятся. Эндемики – есть такое научное слово.
У Варэка не было времени удивляться, что кровожадный великан читает научные трактаты. Подросток мотнул головой, словно пытаясь таким образом избавиться от очарования этого места, и сказал грубым голосом:
– Капитан Исполин, я не девушка!
– Я заметил, – усмехнулся Гуго. – Скорее на девчонку похож твой приятель.
– А если ты знаешь, что я не девушка, то зачем привёл меня помолчать на природе?
– Чтобы ты понял, что я не злодей, что у меня тоже есть душа.
– И это всё?
– Нет, ещё кое-что.
Гуго перегнулся через опоры, а когда выпрямился, по лезвию его глефы ползла пчела с необычно маленькими крыльями и массивным брюшком.
– Эти маленькие музыканты не могут взлететь выше восьми футов.
Варэк протянул руку, чтобы пчела переползла на неё, – он хотел её получше рассмотреть, – но Гуго тут же прихлопнул насекомое.
– Яд ночной пчелы сильнее, чем у самой ядовитой змеи, – объяснил свой поступок Исполин. – Поэтому её концерты не для всех. Я их посещаю, когда захочу, а черви нижнего мира не смеют даже приблизиться к этому полю, пугают им детей. Получается, я свободен, а они – рабы. Все. Без исключений. А теперь задавай вопросы – вижу, у тебя их немало накопилось.
На самом деле Варэк хотел узнать у капитана Короля Крови только одно: как можно быть такими подонком? Но, справедливо полагая, что если этот вопрос прозвучит первым, то станет и последним, он решил вначале побольше разузнать о Братстве Свободы.
– Почему у вашего крушта цветной панцирь, но такие небольшие размеры?
– Боль старит крушта. Отсутствие зимнего сна останавливает его рост.
– Полностью?
– В длину и в высоту. Наросты на панцире нам всё-таки приходится срезать.
– Почему вашего крушта не убили холода?
– Потому что на Южных Островах их нет.
– Вы не боитесь перелетать море на круште?
– Боялись только поначалу. Тут главное – точно знать, сколько крушт может продержаться без пищи.
– Морская вода содержит даже больше пищи для крушта, чем озёрная.
– Мы не спускаемся низко на большой воде.
– Боитесь, что он утопит своих мучителей?
– Это твой последний вопрос? Если да, давай лучше послушаем ночных пчёл. В их гуле хочется полностью раствориться, не находишь?
Настала пауза. Варэк смотрел на этого рассудительного спокойного мужчину, ценителя прекрасного и эрудита, и ему с трудом верилось, что утром он с осатанелыми глазами убивал ни в чём не повинных людей. Сейчас он был скорее похож на доброго великана из детских сказок.
– Как вы относитесь к обычным круштанам?
– А сам как думаешь? Мы не пощадили никого из деревенских, а тебя с другом оставили в живых. Мы относимся к вам намного лучше, чем вы к нам. Например, мы не устраиваем рейдов в странах Миртару, чтобы у мальчиков Миртару не было лишних проблем. Кто виноват, что вас, сорванцов, заносит порой чуть ли не к Южным Островам.
– Вы совсем-совсем не посещаете стран, где обычно происходит Миртару?
– Редко. Но в такие моменты даже спускаем с крушта флаг, маскируем руль и гвозди.
– Как вы стали разбойничать?
– Подхватили эту идею у нижнего мира. Мы просто не ждём, когда они нападут на нас ради хитина, а атакуем первыми, забирая свою добычу.
– Не все в нижнем мире негодяи. Вы могли получить всё, что хотели, через торговлю.
– Как же! Пока не прервались всякие контакты между Братьями Свободы и Сонной Долиной, ваши Мудрейшие успели нам нагадить. Не знаю, что они такого наговорили купцам Хитиновой Гильдии, но свободные крушты попали в её чёрный список.
– Выход был. Охота, рыбалка.
– А одежда и оружие?
– Проблема для нас, но не для вас. Я заметил не только руль, но и якорь. Останови крушта в удобном месте и осваивай ремесло.
