– Как-то ночью специально за ним приехали. Мы проснулись, а они уже во дворе. Аманбека увидели, говорят: «Выводи коня». Аманбек в одних трусах стоит перед ними и говорит: «Не отдам. Дом берите, жену берите, а коня не отдам». Я, услышав это, испугалась, стала вещи собирать, решила, что бежать нужно. Потом слышу – шум. В окно выглянула, а через двор Тарлан несется, в седле полуголый Аманбек. Перемахнул Тарлан через ограду и умчался по дороге. Эти закричали, стрелять начали, потом запрыгнули в свой грузовик и следом поехали. Вот и все. Больше Аманбека я не видела. Кто-то говорит, что подстрелили их обоих – и коня, и мужа моего. А мне кажется, что просто сбежал Аманбек. Не нужны ему были ни я, ни дом. А за Тарланом ни один грузовик не угнался бы.
– М-да, – выдохнул Игорь, не зная, что сказать. – А потом?
– А что потом? Ничего такого. Жила как все. Замуж не вышла. Был один, правда. Так. Просто ребенка хотелось. Но не сложилось. А вы? Женаты?
– Не, – покачал головой Игорь. – Всю жизнь в холостяках. Уф-ф, жарко здесь, правда? Я расстегну рубашку, вы не против?
– Извините, – произнесла Алуа, пристально глядя на Игоря, – можно я вас потрогаю?
Игорь замер.
Алуа протянула руку и положила ладонь ему на лоб. Пальцы у нее были мягкие, прохладные. Игорь закрыл глаза. От ее пальцев в его лоб стали прорастать тонкие синие корни.
– У вас ведь жар, – озабоченно сказала Алуа, убирая руку вместе с корнями.
– Ерунда, – отмахнулся Игорь. – Мне уже несколько дней нездоровится. Пройдет.
– Нет, погодите, я сейчас градусник достану.
Алуа подставила к витой бежевой этажерке табурет, встала на него и принялась шуршать пакетами.
– Вот, нашла.
Игорь сунул градусник под мышку.
– Мы сегодня вечером пойдем слушать Махмудика, – сказал он.
– Я знаю, – кивнула Алуа. – Я тоже приду.
– Вы вчера рассказывали о дедушке Махмудика… Как же там его?.. Утеген?
– Утемис. Утемис-ата.
– Да, точно. Так это, получается, отец Розы?
– Нет, – сказала Алуа. – Дулата. У Утемис-ата много детей было. Кто-то умер уже, кто-то в город перебрался. Здесь только Дулат остался.
– Так Дулат тоже?.. – и Игорь подвигал в воздухе невидимым смычком кобыза.
– Дулат никогда не играл, – засмеялась Алуа. – Но он немножко, э-э-э,
– Я не совсем понимаю, – сказал Игорь. – Он что-то типа ясновидящего, что ли?
– Да, точно, – кивнула Алуа. – К примеру, в этом году Зауре, соседка моя, забеременела. Первенца ждали. Вместе с Бахытжаном, мужем ее, в город поехали на УЗИ. Там посмотрели, сказали, что мальчик. Ну, у Бахи праздник, все-таки сын, наследник. Снимки привезли с УЗИ, гостям показывали. А потом стали думать, как назвать. Спорили, ругались, да так и не сошлись. Баха решил к Дулату пойти посоветоваться. Роза все видела, а потом мне рассказала, вот почему я знаю. В общем, Баха пришел. А Дулат, как обычно, на стуле своем развалился посреди двора. На солнышке греется. Баха ему: «Ағай, как мне ребенка назвать? Имя нужно хорошее, а то Зауре родит уже со дня на день». Дулат один глаз открыл. У него же голос еще такой хриплый, помните? Не поймешь, то ли говорит, то ли кашляет. Он раньше курил очень много, сейчас ему Роза запрещает. В общем, Дулат говорит: «Э, барып тұрған ақымақ![25] Ты че, сам имя придумать не можешь?» Баха раскраснелся, обиделся, но не уходит. «Я, – говорит, – к вам, ағай, со всей душой, за советом обратился, уважение проявил, а вы меня ни за что дураком обзываете». «Ладно, – хрипит Дулат, – пусть будет Гульмира». «Какая Гульмира, ағай, у меня мальчик!» – Алуа не сдержалась и захохотала. – Роза говорит, что Бахытжана в этот момент чуть удар не хватил. А Дулат в ответ как заорет: «Пошел вон! Сказал – Гульмира, значит, Гульмира!» Через месяц у Зауре дочка родилась. Уж не знаю, то ли врачи ошиблись, то ли еще что. Ну а Бахытжан с Дулатом до сих пор не разговаривает, дуется. Но назвали девочку все-таки Гульмирой.
– Ну и ну, – вздохнул Игорь. – И много у вас здесь таких историй?
– Ой, много, – махнула рукой Алуа. – Давайте уже на ваш градусник посмотрим. О, Алла, да у вас же тридцать восемь!
– Это ничего, – заметил Игорь. – Не сорок же. Жить будем.
– У меня парацетамол есть. Сейчас вам достану. Нужно стаканом воды запить и поспать часик-другой. Мне всегда помогает. Вы же не торопитесь? Я вам в комнате постелю.
Игорь хотел было запротестовать, но вдруг понял, что и действительно не прочь вздремнуть. Он проглотил таблетку, осушил залпом стакан и пошел вслед за Алуой. От выпитой воды его тело мгновенно покрылось потом. Пот выступил не каплями, а будто бы жиром, выступил и тут же размазался по коже, покрыл все тело влажной холодной пленкой. Алуа привела Игоря в комнату со стареньким диваном у окна. На нем валялись потрепанные разноцветные подушки. Алуа скинула все, кроме одной, а потом, со скрипом выдвинув сиденье, достала из дивана толстый шерстяной плед.
