Причиной вакханалии, царившей в Верхнем уровне, стала информация о присоединении «Фарма-LTD» к Bottom Corporation. Никто не понимал, что происходит. «Фарма-LTD» была одним из крупнейших клиентов «Верхнего уровня» и приносило двести миллионов чистой прибыли в год. Само по себе слияние еще не являлось катастрофой. Катастрофой было слияние именно с Bottom Corporation — прямым конкурентом, особенно учитывая тот факт, что учредителем «Фарма-LTD» был Николай Багиров, сын президента «Верхнего уровня». Никто не знал, как такое могло произойти, и самое главное, никто из руководства не давал никаких комментариев.
Воеводин сидел в кабинете и спешно составлял претензию о возмещении ущерба. Официально о разрыве договорных обязательств еще не было объявлено, но к моменту неизбежного расторжения договора бумаги должны быть готовы. Он заканчивал печатать, когда в дверь постучали.
— Да-да!
— Здравствуйте, вы Игорь Андреевич? Юрист? — в дверях стояла симпатичная светлоокая девушка лет двадцати в строгом синем костюме.
— Так точно! — по-армейски ответил Воеводин и улыбнулся. — Чем обязан?
— Я новый секретарь, Алина Сковородникова, — зардевшись румянцем, произнесла девушка. — Я должна выйти только завтра, но меня срочно вызвали.
— Зачем? — спросил Игорь, вспоминая утренний разговор с заместителем генерального директора касающийся выхода новой секретарши.
— Меня просили подготовить для вас информацию о просрочках в исполнении обязательств «Фарма-LTD».
Только сейчас Воеводин обратил внимание на толстую папку в руках новой секретарши.
— Хорошо, Алина, оставьте документы на столе, — тяжело вздохнув, произнес он и взглянул на часы: 20:10. Похоже, поспать сегодня не получится.
— Директор просил дать заключение завтра после обеда.
«Или получится», — улыбаясь подумал Воеводин.
— Хорошо, я понял, завтра после обеда. Можете идти.
Алина растаяла в дверном проеме.
В левом углу монитора приветственно замигал зеленый огонек уведомления от ЭСПСР — Электронной Системы Принятия Судебных Решений. Воеводин кликнул по экрану, и система вывела на рабочий стол сообщение. Новости были хорошие. Пять из шести поданных им вчера исков были признаны системой подлежащими рассмотрению без присутствия человека и удовлетворены. С шестым заявлением вышла загвоздка. Система оставила его без рассмотрения в связи с недостаточностью данных. Теперь Воеводину придется либо дополнить дело доказательствами, либо обращаться к судье-человеку. Последнее виделось ему крайне нежелательным, поскольку придется тащиться через весь город в суд и доказывать правоту в открытом судебном заседании — настоящий анахронизм.
После официального выхода ЭСПСР правительство обещало доработать программу до полного автоматизма в течение трех лет, но прошло уже пять, а им так и не удалось исключить человеческий фактор из системы. Решив отложить вопрос по отклоненному иску на завтра, Воеводин вернулся к текущим делам. Бегло просмотрев подготовленный файл, он вывел его на печать и откинулся в кресле, но не успел перевести дух, как на уровне подсознания всплыл образ Гордеева. Невысокий и коренастый, с покатыми плечами в меру упитанный майор напоминал ему забросившего штангу тяжелоатлета. И еще этот шрам над правой бровью. Воеводин потянулся к образу. Тот стоял на улице, возможно, на набережной. Там что-то произошло. Пожар или взрыв. Учитывая род деятельности майора, последнее более вероятно.
Звонок коммуникатора заставил вернуться в реальный мир.
— Добрый день, Паша, — произнес он, отвечая на вызов.
На том конце на секунду замешкались. Игорь улыбнулся.
— Приветствую! Ты, как всегда, в своем репертуаре, — послышался наконец голос Гордеева.
— Работа такая. Ты номер сменил?
— Не я. На работе новый выдали. МВД решило обеспечить старший офицерский состав альтернативной связью, на случай если основная подведет.
— Ясно, ну, рассказывай, что там у тебя взорвалось на Варкауса?
На этот раз молчание длилось несколько дольше. Справившись с замешательством, Гордеев вкратце рассказал о случившемся. Воеводин слушал внимательно и не перебивал.
— Понятно, а от меня, ты чего хочешь? Я мертвых воскрешать не умею.
— Этого еще не хватало, — еле слышно пробормотал майор и повысив голос добавил:
— Ты, лучше, помоги мне выйти на заказчика. Сможешь?
— А ты думаешь, в этом деле есть заказчик?
— Печенкой чую, есть, — уверенно произнес майор.
— Ладно, я понял. Значит, говоришь, взорвали в 18:54? — Воеводин опять взглянул на часы, они показывали 20:16, в запасе у него оставалось тридцать семь минут. — Хорошо. Жди, скоро буду, и ребят своих из кафе убери. Времени мало.
После разговора с Воеводиным Гордеев набрал номер своего заместителя — старшего лейтенанта Скворцова.
— Ты где? — без предисловий спросил он.
— Так это… ты же сам сказал пройтись по территории с фотографией подозреваемого, — голос у лейтенанта был хриплым, с начала недели он мучился от простуды подхваченной в выходные на даче.
— Как результаты?
— Я подключил пару ребят и участкового, но пока рано о чем-то говорить.
