| PORTATORE, making the bonds redeemable to whoever was holding them. | Ватикана. И надпись тоже на месте, "PORTATORE", — она означает, что погасить или выкупить эти облигации вправе человек, владеющий ими в данный момент. |
| The secretariat looked tense. "I must say, Bishop, all of us would feel less apprehensive if these funds were in cash." | В позе секретаря ощущалась напряженность.— Должен заметить, епископ, все мы чувствовали бы себя спокойнее, если б эти средства были в наличных. |
| I could not lift that much cash, Aringarosa thought, closing the case. "Bonds are negotiable as cash. You said so yourself." | Да столько наличных мне не унести, подумал Арингароса. Закрыл портфель и сказал:— Облигации равноценны наличным. Это ваши слова. |
| The cardinals exchanged uneasy looks, and finally one said, "Yes, but these bonds are traceable directly to the Vatican Bank." | Кардиналы обменялись беспокойными взглядами, потом один из них заметил:— Да, но эти облигации легко проследить. Они неминуемо выведут на Банк Ватикана. |
| Aringarosa smiled inwardly. That was precisely the reason the Teacher suggested Aringarosa get the money in Vatican Bank bonds. It served as insurance. We are all in this together now. "This is a perfectly legal transaction," Aringarosa defended. "Opus Dei is a personal prelature of Vatican City, and His Holiness can disperse monies however he sees fit. No law has been broken here." | Арингароса едва сдержал улыбку. По этой-то причине Учитель и посоветовал ему взять деньги именно в виде облигаций Банка Ватикана. Своего рода страховка. Теперь мы все крепко повязаны.— Это вполне законная форма сделки, — возразил он. — Ведь "Опус Деи" является прелатурой Ватикана, и его святейшество вправе распределять деньги как считает нужным и удобным. Никакого закона мы не нарушаем. |
| "True, and yet..." The secretariat leaned forward and his chair creaked under the burden. "We have no knowledge of what you intend to do with these funds, and if it is in any way illegal... " | — Да, это так, и все же... — Секретарь всем телом подался вперед, стул жалобно скрипнул под его тяжестью. — Мы не знаем, как вы намерены распорядиться этими фондами. И если возникнет какое-либо недоразумение... |
| "Considering what you are asking of me," Aringarosa countered, "what I do with this money is not your concern." There was a long silence. | — С учетом того, что вы от меня требуете, — перебил его Арингароса, — как я поступлю с этими деньгами, не ваша забота. В комнате повисла долгая и напряженная пауза. |
| They know I'm right, Aringarosa thought. "Now, I imagine you have something for me to sign?" | Они прекрасно понимают, что я прав, подумал Арингароса.— А теперь вы, вероятно, хотите, чтобы я подписал какие-то бумаги? |
| They all jumped, eagerly pushing the paper toward him, as if they wished he would simply leave. | Его собеседники с такой готовностью подтолкнули к нему бумаги, точно желали поскорее избавиться от него. |
| Aringarosa eyed the sheet before him. It bore the papal seal. "This is identical to the copy you sent me?" | Арингароса взглянул на лежавшие перед ним листки. На каждом красовалась папская печать.— Они идентичны той копии, которую вы мне послали? |
| "Exactly." | — Разумеется. |
| Aringarosa was surprised how little emotion he felt as he signed the document. The three men present, however, seemed to sigh in relief. | Арингароса удивился: подписывая документы, он не ощущал никаких эмоций. Зато сидевшие за столом трое мужчин явно испытывали облегчение. |
| "Thank you, Bishop," the secretariat said. "Your service to the Church will never be forgotten." | — Благодарю вас, епископ, — сказал секретарь. — Ваши услуги Церкви никогда не будут забыты. |
| Aringarosa picked up the briefcase, sensing promise and authority in its weight. The four men looked at one another for a moment as if there were something more to say, but apparently there was not. Aringarosa turned and headed for the door. | Епископ приподнял портфель, словно взвешивая силу и власть заключенных в нем денег. Какое-то время все четверо молча смотрели друг на друга, точно собирались сказать что-то еще, но затем передумали. Арингароса развернулся и направился к двери. |
| "Bishop?" one of the cardinals called out as Aringarosa reached the threshold. | — Епископ! — окликнул его один из кардиналов, когда он уже собирался переступить порог. |
| Aringarosa paused, turning. "Yes?" | Арингароса замер, потом медленно обернулся: |
