Электрические свечи на колоннах отбрасывали неровный свет на шкуры и рогатые чучела, образуя сюрреалистичный узор на потолке, имитирующий живой огонь. И в этих бликах я заметил то, чего никак не ожидал.
Инстинкты заставили действовать. Высвободив правую руку, я попытался удержать напор зомби одной левой. Затем одеревеневшие пальцы скользнули под полу пиджака противника и нащупали рукоять пистолета.
Я взмолился, чтобы это оказалась та самая модель.
Палец нащупал предохранитель. Щелчок, и в следующий миг бабахнуло, обдав лицо пороховыми газами. Вспышка заставила зажмуриться, а затем серия выстрелов пробила насквозь нависающее тело. Горячая гильза обожгла щёку, хлещущая из ран кровь залила лицо.
Разрядившись, пистолет встал на задержку, а я оттолкнул обмякшее тело в сторону и осмотрел дёргающегося заражённого. Видимо, одна из пуль попала в позвоночник и теперь у него была подвижна только голова и немного руки.
Положив «Глок-17» на чучело кабана, я схватился за топорище и выдернул топор из пола. Широкий замах, рубящий удар – и голова заражённого покатилась по паркету. После этого я сдёрнул с колонны шкуру зебры и накрыл труп. Уже отойдя, вернулся, пошарил под шкурой, выудил кобуру и подсумок с двумя снаряжёнными магазинами для глока. И только перезарядив пистолет, направился к широкому проёму, видневшемуся в полу.
На месте стало понятно, что рубил заражённый. Рядом с лестницей, ведущей в винный погреб, доски были прорублены, обнажив кусок бетонной стены. Спустившись по ступеням, я увидел алое крошево, перемешанное с кусками плоти.
– Не успел, – шёпот отчаяния вырвался из пересохшей глотки, и в этот момент мои глаза начали привыкать к полумраку.
Терпкий запах ударил в нос. Спустившись ниже, я рассмотрел битое стекло, залитое красным вином, останки стеллажей и стальную дверь. Пальцы пробежались по чему-то выпуклому, и в темноте засветилась панель набора пароля.
Перестав дышать, я постучал в дверь, выбив ритм известной футбольной кричалки.
– Маша, это я. Ты там?
Не получив ответа, я снова постучал и позвал. Эту процедуру пришлось повторить раз десять, и только через минуту послышались щелчки отпирающегося замка. А затем в неярком ореоле света я увидел её лицо.
– Я пришёл, – проговорил я, внезапно осознав, как ужасно выгляжу.
Дверь распахнулась, и Маша кинулась в объятья. По телу пробежала волна тепла, и я услышал, как она шепчет на ухо:
– Я знала, что ты за нами придёшь.
Заглянул в глаза девушки, я уловил движение рядом. Склонившись, заметил девочку лет пяти, которая, подойдя к маме сзади, ухватила её за пояс. Маша оглянулась и указала на неё.
– Максим, познакомься – это твоя дочь.
27.05.2028.
Шустрый
Канат резко натянулся, взвизгнув, как струна. Это прервало свободное падение, но уже в следующий миг я снова полетел вниз. Каждый следующий рывок немного замедлял неизбежное столкновение с дном шахты.
В нескольких метрах до встречи с кабиной грузового лифта пальцы судорожно вцепились в толстый канат подъёмного механизма. Затем согнутые ноги обрушились на металлическую плиту, и меня едва не размазало о твёрдую поверхность.
Придя в себя, я отстегнул карабин бесполезного каната и включил фонарь. В ухе снова раздался голос полковника:
– Группа сопровождения, учёных вернуть на третий этаж. Бронегруппе – закрыть центральный вход бортами брони. При появлении заражённых – огонь открывать без команды! Техникам заняться дополнительным укреплением периметра. Подрывники – выставить таймер на три минуты, до взрыва лестничных пролётов. Всем номерным бойцам, приказываю вколоть спецсредство «ОZ-74».
Полковник продолжал извергать приказы, и мне, чтобы сосредоточиться, пришлось прикрутить громкость.
Снизу шахта грузового лифта казалась бездонной пропастью. По прикидкам,сюда легко можно было загнать легковушку, и место ещё осталось на несколько пронумерованных бойцов.
Осветив лучом фонаря массивный металлический люк в крыше лифтовой кабины, я наткнулся на первую странность. Кто-то изнутри пытался его выломать, сунув в щель ломик. Помешали взломать люк, две массивные дужки, намертво скручены болтом с гайкой. Выходит, уже после начала заражения, кто-то сумел выбраться с нижнего уровня, а потом запечатал проход.
Схватившись за проржавевшую гайку, я попытался её свернуть и почувствовал яростное сопротивление. Промелькнула мысль – без инструмента не обойтись, – но стоило поднапрячься, и гайка, с жалобным скрежетом поддалась.
Гер профессор был прав, когда расписывал благостные перспективы мутаций моего организма. Я и раньше не был дохляком, и многих задир не раз вводили в заблуждение неброские габариты, но после череды заражений, стал заметно сильнее.
Открутив гайку, я распахнул люк и осветил внутренность кабины. Сначала показалось, внизу груда тел, но, присмотревшись, понял, на полу мешки с каким-то тряпьём, в гуще которого лежат два тела в синих, противочумных костюмах.
– Русак, что там у тебя? – донёсся сверху крик кого-то из пронумерованных.
