— Кто-то с гербами рода Борромео решил угробить все стоящие в Мантуе дирижабли и нас заодно, — ввёл в курс дела главу магистрата Джованни, — мы к этому непричастны. А когда я узнаю кто…
Его слова заглушил очередной взрыв совсем рядом. По каменной стене загрохотала шрапнель всевозможных осколков.
«Наша тройка цела?» — разом обратился ко всем капитанам дирижаблей.
«Цела, в небе! Баронесса Белухина лютует!»
А вот и нашелся автор ускоренного взлёта нашего минифлота. С талантами баронессы нашим дирижаблям ничего не угрожало. А уж за своих ласточек она готова была уничтожить кого угодно.
Сверху на нас прилетел довольно увесистый кусок обшивки дирижабля, ощетинившийся остатками полого металлического каркаса. Воздушники слаженно отработали по нему ударом, отбросив угрозу за пределы нашего убежища.
— Чьи дирижабли стояли сегодня на лётном поле?
— Это нужно уточнять в воздушном порту, — Чезаре бледнел на глазах, представляя масштаб последствий. Он, конечно, ожидал военных действий, но не от неизвестной же стороны.
За стеной послышалось завывание.
— Граф, пропустите внутрь моих собачек, они пришли не с пустыми зубами.
Я передал приказ кровникам, а Тэймэй сама в одном месте открыла им проход. Каждая из сумеречных тварей тащила в зубах по телу. Судя по тому, что биения сердца у них не было, то тела были свежеубиенные.
— Будьте добры, освободите мне немного места для работы, — весьма вежливо попросил Джованни, снимая пиджак и закатывая рукава белоснежной рубашки. Маг без всякого стеснения складировал трупы и принялся избавлять от одежды их верхнюю половину тел.
Я пристроился рядом на корточках, поочередно используя ещё не свернувшуюся кровь для просмотра воспоминаний. Подозреваю, что эту троицу сумеречные гончие доставили своему господину не просто так.
Беседовал Джованни с душами без всякого пиетета. Скупые вопросы по делу для восстановления полноты картины выдавали недюжинный опыт в допросном деле. Я же со своей стороны имел возможность сравнить ответы на вопросы с информацией из памяти крови. Для Борромео выходила не самая радостная картина.
Конкретно эта тройка нападающих действительно служила роду Борромео, но в силу разных причин, как карточные долги, банкротства или уличение в грабеже, согласились пойти на самоубийственный заказ по уничтожению дирижаблей. В самый неподходящий момент в зоне риска возник Джованни, и его люди, связанные клятвой служения, начали тянуть время, за что и поплатились жизнями. Их устранили до того, как они привели в действие взрывные артефакты. Каждого из исполнителей обхаживали по отдельности, не сообщая о других подельниках. Сколько человек было завербовано, они не в курсе. Каких-либо отличительных черт своих нанимателей смертники назвать не смогли. Возможно, имело место ментальное внушение.
Что меня порадовало, так это то, что Джованни не стал скрывать ничего из полученной информации. В ситуации, когда его род обвинят в уничтожении трёх… последовавший за этим взрыв увеличил счет к организаторам теракта на ещё одно воздушное судно.
Четыре дирижабля по самым скромным подсчетам стоили больше четверти миллиарда. А если бы пострадала и наша тройка, то счет бы приблизился к двум третьим миллиарда. Но это всё мелочи, ведь эта сумма лишь покрывала бы прямой ущерб. Что же касается моральных компенсаций и откупных для всех стран-владелиц воздушными судами, можно было не сомневаться, род Борромео не просто целенаправленно загоняли в долговую и репутационную яму. Его попросту собирались убрать с шахматной доски Пьемонта и итальянских земель в целом. В то, что подобную операцию решили «случайно» провернуть в день нашего приезда, я тоже не верил. Но и не мог сбросить со счетов вероятность, что для разнообразия объектом удара могли быть Борромео, а не Комарины-Занзара. Мы могли оказаться лишь благовидным предлогом.
К похожим выводам пришел и Джованни, завершив последний допрос и тщательно вытирая кружевным платком пальцы от крови.
— Я даже не знаю, на кого подумать, — честно признался он. — Всё это настолько…
Я покачал головой, указывая на Чезаре делла Ровере. Тот и так слишком много ненужного успел услышать.
— Кто-то должен взять на себя ответственность, — тихо произнёс глава магистра, — это такие убытки, что…
— … что если вы, дон Чезаре, хотя бы заикнётесь об информации, услышанной во время допроса, то следующий, чью душу я буду допрашивать перед отправкой в Реку Времени, будете вы! — тихим и спокойным голосом закончил за делла Ровере фразу маг смерти.
— С вашей стороны недальновидно угрожать главе чужого рода, — окрысился дон Чезаре, но скорее для порядка, чтобы не уронить чести.
— А с вашей стороны недальновидно назначать козлами отпущения род, что однажды помог вам возвыситься! Падая, мы прихватим ваш род с собой, не сомневайтесь.
Аристократы обменивались друг с другом взглядами, полными угроз. Пришлось вмешаться:
