– Туда, миссис Прюн? Хорошо, а вы тогда езжайте следом. Вы не против, если мы проедем сначала к гаражам? Это, разумеется, не очень вежливо, но я хочу показать деревянную скульптуру, которую сделал отец.
Кажется, миссис Прюн восприняла слова молодого человека как шутку – и засмеялась, потому что он тоже засмеялся в ответ. Затем, обогнув экипаж Абигейл, незнакомец подскочил к моей «Железной Минни» и постучал в стекло:
– Леди Виржиния, могу я к вам присоединиться? Мы поедем первыми и покажем дорогу. Я бы с удовольствием пробежался бы и сам, но, боюсь, слишком долго получится.
Не дожидаясь разрешения, он открыл дверцу и сел рядом со мною, стягивая шляпу и стряхивая с волос капельки воды. Поймал мой взгляд и улыбнулся солнечно:
– Показывал Уолтеру, что под яблоней лучше не стоять. Ветер тронет ветку – и как водопад обрушится… Меня зовут Роджер, Роджер Шелли. А вы леди Виржиния, графиня Эверсан-Валтер, – добавил он с интонацией мальчишки, гордого тем, что он выучил сложный урок. – Мне миссис Прюн рассказала и велела быть повежливее. Но у вас такие глаза хорошие, что я просто не могу.
Хорошие глаза – значит, можно без вежливости обойтись? Вроде бы и сомнительный получился комплимент, но отчего-то стало так легко… Я с трудом удержалась от смешка и несколько чопорно кивнула в ответ:
– Рада знакомству, мистер Шелли. Я тоже о вас наслышана.
– Представляю, что обо мне можно услышать, – фыркнул Роджер точь-в-точь, как Лиам, и порывисто наклонился к Лайзо, опираясь на сиденье: – А вас как зовут? Вы гипси? А гадать умеете? У меня была подружка, Хитана, она гипси, только из Романии, она так здорово гадала. И ещё узлы вязала, только огорчалась, что на меня они не действуют. Вы поезжайте, поезжайте, по дороге поговорим… Да, вот туда, наверх. На развилке – направо, а там я скажу, куда к гаражам свернуть. Так как ваше имя?
Другой бы смутился от такого потока слов, но мой зеленоглазый колдун только усмехнулся и ответил невозмутимо:
– Лайзо Маноле. Гадать могу, но это дело больше женское.
– А в Романии вы были, Лайзо?
– Бывал.
– А в Марсовии?
– Случалось.
– А на самолёте вы летали? Я смотрю и прямо вижу вас в небе, с шарфом таким и смешными очками.
Лайзо не выдержал и коротко рассмеялся:
– Нет, до самолётов я пока не добрался. Но мысль интересная.
– Да, интересная, – протянул Роджер Шелли, слегка сощурившись. – Ну, ладно, потом поговорим, а то леди Виржиния на меня рассердится. Или не рассердится? – обернулся он ко мне.
Я впервые разглядела вблизи его – живого как ртуть, порывистого. И – ощутила слабое головокружение, как от большой высоты. Нет, само по себе лицо Роджера Шелли было непримечательным: узковатый подбородок, жёсткая линия губ, по-аксонски прямой нос и ясные серо-голубые глаза. Но на чертах словно бы лежала невидимая печать:
– Не рассержусь, – улыбнулась я, склоняя голову. Трудно было смотреть Роджеру в глаза. Думаю, со временем я привыкла бы… Но не прямо сейчас. – Расскажите пока о вашем особняке. Точнее, про этот сад. Он старинный?
– О, да, очень старый, – откликнулся Роджер уже спокойнее, откидываясь на сиденье. И указал на раскидистый дуб за окном двумя сложенными пальцами, точно пистолет наставил: – Вот там я однажды видел фею. Она играла на флейте. Я предложил ей пирожное, а она почему-то засмеялась и ушла прямо в дуб. Феи странные, как вы думаете?
Он был совершенно серьёзен. Настолько, что это даже не выглядело чем-то необычным.
– Не могу ничего сказать о древесных феях, но вот дочь ши, с которой нас столкнула судьба, показалась мне сумасшедшей, – произнесла я прежде, чем обдумала ответ.
И тут же похолодела: не сочтёт ли он мои слова намёком на болезненное состояние его матери? Не решит ли, что я над ним насмехаюсь?
Но Роджер ответил с искренней заинтересованностью:
– Вы знакомы с дочерью ши? Счастливица! И как, подружились?
– В конце концов – да, – сказала я, почти не покривив душой.
За поворотом, вскоре после развилки, показался особняк.
– Я бы ещё о многом хотел вас расспросить, – вздохнул Роджер Шелли. – Но феи – не лучшая тема для светской беседы. Вы в них разбираетесь, и Лайзо тоже, мне кажется. Но чаще всего меня или принимают за эксцентричного любителя мистики, или начинают нести такую околесицу, что стыдно становится. А мы уже подъезжаем, так что беседа вот-вот превратится в светскую… Лайзо, поверните направо, не доезжая, вон на ту дорожку – так мы попадём прямо к гаражу. Там раньше были конюшни, поэтому места предостаточно, поместятся все.
