— Помню случай, когда я сидела в шкафу. Мне было где-то девять, и я думала о смерти. Помню, додумалась до того, что смерть — это конец всего. Конец ежедневной тягомотины с этими походами в туалет, едой, играми, домашкой, болтовней, смехом, чисткой зубов, умыванием, толкотней в магазинах, просмотром новостей и прочих передач. Смерть — это конец бессмертия, конец всех планов и верований. Вселенная, время и всякие измерения тоже исчезнут. Для человека смерть — это конец всего. Стоп. Получается, это работает и в обратном направлении и со смертью исчезает также прошлое с его воспоминаниями и знаниями. Да что это все вообще такое? Вот о чем я думала, когда сидела в шкафу.
Девушка замолкает, а Кай записывает в блокнот:
— Удалось выспаться? — спрашивает Кай.
Девушка качает головой.
— Может, тебе не дает покоя какая-то мысль, которая крутится в голове и мешает заснуть? — продолжает Кай.
Девушка массирует виски.
— От усталости мои мысли путаются.
— Твои сны хорошие или тебе снятся кошмары?
— Я вообще не помню снов. Либо я не вижу их совсем, либо в них есть то, что лучше не запоминать, — отвечает девушка.
Кай бросает едва заметный взгляд на свои наручные часы. Хорошо бы уже закругляться и подводить разговор к логическому завершению. Воцарившаяся в кабинете тишина предоставляет для этого отличную возможность.
— Спасибо, — решительно говорит Кай. — На сегодня у нас все. Пожалуйста, береги себя.
Кай не поднимается со своего места: нужно дождаться, когда девушка встанет с кушетки и сама пройдет к выходу.
Кабинет опустел, однако в нем повис едва уловимый приторно-сладкий цветочный аромат — парфюм мисс Н. Кай разглядывает из окна многострадальный клен и не может разобраться, какое эмоциональное послевкусие оставили в нем слова этой девушки. Неужели у него опускаются руки? Хотя как, черт возьми, вселить в эту девчушку веру во что-то хорошее, если вот вышла она из кабинета — и снова сама по себе?
Хотя мисс Н. даже о горьких и печальных вещах говорит с каким-то потрясающим спокойствием. Возможно, у нее нет человека, с которым было бы безопасно вести такие беседы по душам. Возможно, девушка создала себе ложное «я», такую мисс Н., которая всем приятна и всеми одобряема. Ложное «я» наделено одними лишь положительными чертами: оно доброе, послушное и жизнерадостное. Однако подобные сценарии ничем хорошим не заканчиваются, потому что человек привыкает к этому актерству, к двойственности. Привыкает для всех быть умиротворенным, а глубоко в душе изнывает от беспокойства. Изнывает от всего того, что не принято демонстрировать прилюдно.
Но есть и кое-что еще. Кай потирает виски и чувствует, как в сознании постепенно обосновывается неприятное ощущение. Тревога. Глядя на кленовые листочки, гипнотически подрагивающие на ветру, Кай понимает: он чего-то ждет. Да, с нетерпением он ждет следующей встречи, очередной порции сведений об этой своеобразной, робкой особе. В то же время Кай осознает, что боится. До ужаса боится той минуты, когда девушка впервые расскажет ему нечто жуткое — то, о чем он предпочел бы никогда не слышать.
— На здоровье, — и Йона кладет трубку.
Теперь дело официально передано Яну. Его интересует, по какой причине Йона так вцепилась в это расследование. С другой стороны, она тут без году неделя, и на первых порах такая активность может здорово укрепить позиции начальницы. На ум тут же приходит прежний босс, который был во многом ее противоположностью по инициативности. Ян бы и под дулом пистолета не занял должность Йоханны Ниеминен: неси за все ответственность, а в ответ получай мелкие сомнительные привилегии и не расслабляйся, ведь тебе в затылок уже дышит толпа недоброжелателей.
Зак стоит у стены с материалами по делу.
— Я собрал все, что мы знаем об этом Йоханнесе Ярвинене, — сообщает он. — Коренной житель Хельсинки. Только перешел на третий курс в Метрополии. Сейчас выясняем, кто из школы контактировал с Йоханнесом перед его смертью.
— Ездила к его матери — выглядит нормально, ну, если не учитывать траур, конечно. Зак, это тебе на десерт, — подхватывает Хейди и протягивает Заку ноутбук. — Йоханнес действительно жил с матерью, и она не смогла назвать ни одного его друга. Чисто по рассказам сложился образ вечно сидящего у компьютера застенчивого парня, которому неплохо живется без людей. Однако время от времени он подрабатывал диджеем под псевдонимом DJ JJ aka Ярвинен — так было написано на постере в его комнате. Вечером перед смертью он не был дома — скорее всего, выступал.
— Понял. Тогда нужно выяснить, где проходило это выступление, — отвечает Зак. — Увлеченные техно-музыканты иногда неплохо зарабатывают такими вылазками, это могло бы объяснить те деньги. Я изучу содержимое ноута. Возможно, в реале у него и не было друзей, но есть еще игры и прочие прелести активной сетевой жизни.
Ян и Хейди подходят к стене, разглядывая разворачивающееся перед ними полупустое поле боя.
