— Вот мы тут больше не остаемся на ночь. Думаю, тебе тоже было бы неплохо перебраться в город, — ворчливо советует супруга. Айла с трудом сдерживает смех. Вот уж чего-чего, а бояться она никогда толком не умела. Да и кто эта соседка такая, чтобы раздавать тут указания.
Новость об исчезновении парня заставила местных посматривать друг на друга с некоторым любопытством. Отчасти даже очень подозрительно. В глазах зажегся огонек. Возможно ли, что за исчезновением парня стоит кто-то из них, жителей острова? Айла мысленно перебирает знакомых ей дачников. Сторож острова уже какое-то время ведет себя престранно, будто шпионит за ней. Айла так и порывается сказать ему, чтоб отстал, но не может. Сейчас точно не стоит. Именно сейчас она не хочет вызывать лишнего шума. Взмахнув рукой, Айла прощается, наконец, с соседями и поднимается обратно на веранду. Она прихватывает чайную чашечку и неспешно ступает во тьму дома. Войдя, она сначала опускает дверную занавесь, затем, убедившись, что никто не смотрит, запирается изнутри. На всякий случай.
Те мальчишки появились на острове в самом начале лета и ни от чьего взгляда, естественно, не ускользнули. Айла и сама следила за тем, как они повсюду бродят, снимают там, снимают здесь, суют нос не в свое дело. А теперь вот с одним из них случилось несчастье.
Айла пропускает сквозь пальцы цепочку на шее — перекрутилась. Кажется, словно эти парнишки своими съемками нарушили тончайший природный баланс, растормошили зверя и невольно приманили злые силы.
Ян смотрит на однотипные бетонные коробки Восточной Пасилы[36]. Прямо перед ним возвышается серая многоэтажка, сверкающая балконами с синими перилами. Яррумиехенкату, дом 6, подъезд В, четвертый этаж. Ян поднимается по лестнице вслед за Хейди. Перешагивая через две ступеньки, он складывает в уме общую мозаику происходящего. Три студента университета снимают документальный фильм. Один из них найден мертвым, второй пропал. Третий, Абдирисаак Хассан Юссуф, сумел дождаться их. Ян и Хейди останавливаются на лестничной площадке. На двери угловой квартиры написано: «Юссуф». На площадке витают аппетитные ароматы экзотической кухни.
Ян нажимает на кнопку звонка — и по ту сторону двери начинается оживление, кричат дети, которым на незнакомом языке кто-то, вероятно, советует угомониться. Ян думает, что это сомалийский. Спустя мгновение распахивается дверь — и в проеме появляется двадцатилетний паренек, за спиной которого смеются две девочки-дошколенка.
— Добрый день. Полиция. Можно войти? — быстро представляется Хейди и тут же входит. — Нам нужно задать вам пару вопросов, как и договаривались по телефону.
— Да, да, конечно, но лучше не здесь — эти точно не дадут нормально поговорить, — отвечает Абди и ерошит волосы одной из девчушек. — Только скажу маме, что выйду на минутку, — добавляет он и уходит на кухню.
В гостиной работает телевизор, оттуда доносятся мультяшные звуки.
— Давайте, наверное, во двор, — предлагает Абди и вызывает лифт.
— Почему ты не на занятиях? — спрашивает Хейди, пока они спускаются.
— Я матери помогаю и работаю еще. В этом году у меня совсем мало курсов, диплом же, — отвечает Абди.
На улице он закуривает.
— Сестренки, конечно, очень милые, но кого хочешь утомят, — смеется он. Яну нравятся такие люди: непосредственные и без фальши. Они втроем проходят через весь двор, в конце которого Абди садится на качели, смастеренные из покрышек. Кроме них, на дворе никого нет.
— Вам знаком Йоханнес Ярвинен? — начинает Ян, и Абди немного тушуется.
— Ну, мы учимся в одном универе. В смысле знаком, конечно.
Ян задумался, дошла ли до него новость о судьбе Йоханнеса. Узнал ли он из газеты? Или, может, слух уже успел разлететься по университету?
— Что случилось 23 августа?
— Случилось — со мной? Да ничего, был на работе. На смене в продуктовом магазине.
— А в четверг 29 августа? Где ты был тогда? — спрашивает Хейди.
— Дома, — отвечает Абди, еще сильнее теряясь.
— Ты понимаешь, из-за чего мы здесь? — продолжает Хейди, но парень производит впечатление неосведомленного.
— Наверное, из-за Йеремиаса? — предполагает он, цепляясь за металлические цепи качелей, и те резко звякают. — Слышал уже, что он пропал. Не могу в это поверить.
— Верно, и мы расследуем его исчезновение, — сообщает Ян.
Абди раскачивает качели, не отрывая ног от земли.
— Ага. Я говорил со старшим братом Йеремиаса. Слышал, он был где-то на Ламмассаари. Мы там все лето торчали, много снимали. Теперь тамошние пейзажи кажутся мне еще более странными, ну, после исчезновения. Типа как если бы остров в конце концов поглотил Йеремиаса через жабры какие-нибудь.
— В каких отношениях ты был с Йоханнесом Ярвиненом? — меняет тему Ян.
Абди поднимает на него удивленный взгляд.
— С Йоханнесом? Да особо ни в каких, если честно. В смысле мы работали над общим проектом, но на этом всё. Он интровертный такой тип, знаете, ни с кем ничего не обсуждает. А что?
— Йоханнеса Ярвинена нашли мертвым, — произносит Ян как можно спокойнее и пристально изучает выражение лица парнишки. Кажется, Абди ни о чем не знал.
