Суббота началась холодно и мрачно. Дождливо было, слякотно, влажно. В такую погоду, и правда, только дома сидеть да телевизор смотреть. Пусть альтернативой ему был сериал в моём понимании, но суть этой великой цитаты Матроскина не изменится. Я натянула колготы, джинсы (которые потом заправятся в резиновые сапоги), водолазку с бордовым пиджачком, сделала высокий конский хвост, коснулась тушью ресниц, помадой – губ, надела пальто и вышла. Настроения особого не было. Меня не взбодрили ни душ с утра, ни завтрак, ни полчаса серии, которую я смогла ещё посмотреть вместе с кружкой горячего чая. В рюкзаке лежало пару тетрадок по биологии, пособие и пенал. Правда, я забыла зонт, и пришлось возвращаться за ним.
Не люблю я именно такую погоду. Против дождя ничего не имею, но вся эта грязь осенняя на меня наводила тоску. Биология, погода, психотерапия с Аней, и наверняка будут разговоры о Егоре с неприятной для меня стороны – сплошная печаль, сплошное разочарование. Меня ждал путь на маршрутке, а потом пешком по парку к лицею. Впервые я ненавидела этот пеший путь. Порывы ветра невозможно предугадать – бедный мой зонтик.
На биологии нас было не так много. Видимо, все остальные знают её лучше истории, поэтому идут на историю, а вовсе не потому, что биологию ведёт не Егор. Увидев меня на своих занятиях, учитель удивился. Ещё бы. Скавронская пришла сама, без подруг. И, в общем, не то чтобы я совсем ничего не сделала – я просто писала тест на проверку общих знаний по биологии, чтобы «знать, на каком ты уровне и где твои слабые месте». Я просто пришла закрыть долги – не собираюсь я экзамены сдавать по биологии. Но кого это волновало?
Когда в коридоре стало шумно, я поняла, какой семинар сейчас начнётся. И от «что вы, как стадо!» у меня внутри всё перевернулось. Егор. Он прошёл мимо этой двери. Мимо той двери кабинета, в котором сижу я. Внизу живота спазмом схватило внутренности, и я чуть не поцеловалась с партой. Меня крутило и выворачивало. И дело не в просроченном творожке, который я съела на завтрак. Егор, блин. Что ж ты делаешь. После того, как биология подошла к концу, а под дверью уже ждали люди, пришедшие подтянуть физику, я вылетела из кабинета быстрее пули. Чтобы ни тени сомнения не было подойти к кабинету истории и просто слушать его голос. А я хотела. У меня были такие мысли. Параноидальный бред – вот, чем это всё закончится, если дать волю своим чувствам и делать то, что хочется. Мне такая участь не нужна. Так что ноги в руки и бегом. Адрес, который мне продиктовала Аня, я записала, пробила маршрут от лицея и теперь стояла на остановке в ожидании нужного транспорта.
Ехать пришлось не близко. Пока я смотрела в окно и изучала путь, рядом со мной сидел парниша и изучал меня. Ничего такого – он просто рассматривал зонтик в моих руках. Зонтик с вырезками газет на английском. Читал и читал. А мне что – мне не жалко. Пусть читает и поднимает свой уровень развития. Я приехала действительно к больнице. Большая территория, заезд, небольшой парк и несколько зданий, объединённых переходами. В главном корпусе, куда я и направилась, суетилось много людей. Несмотря на субботу, тут было слишком много работающего персонала. Аня стояла у регистрации и общалась с девочкой о чём-то своём. Завидев меня, она подозвала меня к себе.
- … так вот он взял и вышел. Прямо с операции, представляешь, - хихикнув со своей знакомой, Аня обратилась ко мне: - Не обращай внимания на этот балет на льду. У нас сегодня операционный день, и все носятся, как угорелые.
- А в другие дни операций не делают, что ли? – я оглянулась ещё раз, вжавшись в стену, пока мимо меня провозили каталку с пациентом три молодые медсестры.
- Делают, но суббота – исключительно для хирургов. Все сложные операции назначают на субботу, потому как в этот день больница не работает и пациент с зубной болью не мешается в коридорах, - Аня усмехнулась, глядя в одно из соединённых с фойе крыльев.
- Одному такому сталкеру тут ногу отдавило каталкой. Так он потом не только к стоматологу записался, - медсестра с регистратуры засмеялась вместе с сидящими рядом с ней женщинами. – Правда, в субботу ему так никто и не помог. Не зубной день это.
Юмор врачей – хех, очень экстравагантно, и, самое главное, эти люди ведь спасают жизни. И шутят над этими же жизнями. Кошмар.
Аня провела меня на третий этаж в какой-то кабинет. «Психотерапевт». Она что, реально меня к психотерапевту решила сводить? Думает, что мне настолько плохо? Мне, конечно, плохо, но психотерапия тут не поможет. Тут нужен Егор. Всего лишь. Принеси мне Егора, и я сама решу свои проблемы.
- Не переживай, Ярослав Викторович – мой хороший знакомый. Он просто оставит нам кабинет, - она толкнула дверь и впустила меня первой.
За столом сидел молодой врач. В белом халате. С уложенными волосами. Ухоженный. Он поднял на нас взгляд и кивнул с улыбкой. Поставил характерную точку в своих бумагах и начал складывать их.
