Сказать по правде, я тут своим, казалось бы, уродским видом, не выделялась ни капли. Ни серость, ни своя в доску. Прослойка. Как интеллигенция. Серёга махнул кому-то рукой, и мы вдвоём пошли вслед за ним. Столик, как я думала, заказанный на троих, был небольшим пиром. Мы оказались последними, куда присоединились ребята. До нас там уже было шесть человек и ещё трое сидели за столиком рядом, отдельно от остальных. Зачем и почему – я не знала. Пока что мне были интересны знакомые Серёги и Пашки соответственно. И девушки, и парни выделялись либо внешними изысками вроде ярких прядей волос или линз на глазах, либо одеждой. К слову, с ней они экспериментировать не боялись. То, что мне и в голову не могло даже поставить рядом – они напяливали на себя. «Индивидуальность», - думали они. «Безвкусица», - думала я.
Нет, я не против самовыражения, конечно. Просто сочетать то, что само по себе просто нельзя сочетать – перебор. И что вы думаете? Мне пришлось улыбнуться и всё. Вдруг они люди неплохие. Да и вообще, это же друзья ребят – как я могу оскорбить их.
Серёга представил Пашку как своего друга и меня - как его сестру. Но осматривать дальше новых знакомых мне никто не дал – подошёл официант и подал нам, последним прибывшим, меню. Тут был чай, кофе и алкоголь. И разновидности этого всего. Пить мне никто не запрещал, но сейчас меньше всего хотелось напрягать свои почки и печень. И так нелегко пришлось. Даже от радости пить – у меня в крови до сих пор морфин содержится. О каком алкоголе вы там говорите?
Я прикрывалась своим несовершеннолетием, и Пашка мне тут помощником не был. Компаньоны сдались быстро: никто же не будет уговаривать девушку пить, если её старший брат тут. Просидев в этой компании всего лишь полчаса, я и людей перестала считать такими странными, и обстановка располагала к себе, и музыка радовала слух. Я не слышала звонков от мамы и ещё парочку незнакомых, так что вполне себе могла расслабиться. Познакомилась с Кириллом и Катей и общалась, в основном, с ними. Они были братом и сестрой, и, как настоящие живущие под одной крышей члены семьи, ссорились по каждой мелочи. Полная противоположность нам с Пашкой. Вот мы потешились над ними, когда они делили чашку кофе и вспоминали какого-то дядю Серёжу, который подарил им по киндеру. Спор был плёвый: кому какая игрушка досталась, но сколько нового мы узнали о семейной жизни этих двоих! Например, Катя очень долго сушит свои волосы, т.к. они длинные, а если она пользуется феном – мало того, что шумно, так ещё и вся её комната оказывается оплетённой паутиной из этих самых, выпавших, волос. А Кирилл очень любит докопаться до еды. Если приготовили не так, как он привык есть, аппетит может пропасть совсем.
За время, проведённое тут, моё настроение улучшилось в разы. Серёга нас потом отвёз домой, а сам поехал по делам ещё. На пороге нас ждала беспокойная мать, на звонки которой её непутёвая дочь не отвечала. И оправдания вроде «я не слышала» или «телефон на беззвучном» не считаются оправданием. Зато мы повеселились. И моё счастливое лицо кое-как успокоило беспокойного родителя. Мне предстоял отдых и домашка одновременно, но сначала я позволила себе отдохнуть. Через час-другой, когда я уже основательно подготовилась расслабиться (сериальчик, йогурт и печеньки), вспомнила о телефоне, где до сих пор висели в напоминания пропущенные звонки. Среди знакомых номеров я увидела Костю и ещё один незнакомый. И ладно ещё Леонов, я ему отношения налаживаю, но кто второй – без понятия. Надо будет – позвонит ещё раз. Отставила пиалу с печеньем, стакан йогурта подальше и набрала Костю. Пусть в неудачный момент, но надо узнать, что там такого.
Трубку парень снял не сразу и тут же сказал, что занят и перезвонит позже. Но даже эти три секунды позволили мне услышать отчётливый вопрос «кто там?», заданный голосом Ксени. Итак, значит, они вместе. Значит, всё хорошо. Значит, мой план удался. Алилуя.
Времени свободного хватило всего лишь на две серии, и тут же позвонил Костя. Йогурта к тому времени уже не осталось, а остаток печенья находилось на кухне. Туда нужно было ещё идти, а мне лень. Судя по голосу, настроение у него не плетётся по полу и не бьётся головой о потолок.
- Кать, а что у вас там с историком случилось, что на Ксюше лица не было, когда она вошла в кабинет? – он был спокоен, не любопытен. Обычная интонация.
- А с чего ты взял, что мы с историком виделись? – прикусив язык, чтобы не сболтнуть лишнего, заявила я, переставая бесполезно втыкать в компьютер и увлекаясь беседой. Кажется, кто-то решил поиграть в салочки. Забавненько.
- Ксюша сказала, - как ни в чём не бывало, произнёс Костя.
- Ксюша – трепло. Подставила меня, себя и меня ещё раз. Если увидишь её сегодня, передавай «привет», - усмехнулась я, многозначно глядя в отражение монитора на себя.
- Вы меня в свои разборки не втягивайте. Я не люблю всех этих женских недомолвок, - протестует, м. Какая прелесть.
