– Вот об этом давайте и поговорим. Примеров не счесть, и не я эту теорию придумал. По-английски она называется
– Это типа когда вы едете на машине ночью под проливным дождем, темень, атмосфера как в ужастике. Вдруг видите, что на дороге стоит девушка, голосует. Вы ее подвозите, высаживаете, где ей надо, а потом обнаруживаете, что ровно на том месте, где вы ее подобрали, когда-то давно погибла девушка, и звали ее точно так же. Да?
– Да, есть много вариантов, но суть одна. Иногда эта девушка вдруг исчезает из машины, пока водитель отвлекся на дорогу. У легенды очень широкая география, от Северной Америки до Европы. Есть и вариации на тему: то девушка провоцирует аварию, то, наоборот, предупреждает водителя об опасности… Вопрос – а с вами такое бывало? Амелия?
Она покачала головой, и все остальные тоже, хотя послышались и шутки: “У меня-то не было, но есть у меня друг, которому его друг про такую девушку рассказывал…”
Профессор Мачин подождал, пока все затихнут, и перешел к следующему слайду:
– Теперь давайте рассмотрим еще более известный пример.
На слайде была изображена карта Северной Атлантики с тремя точками, соединенными линией. Пуэрто-Рико, Флорида, Бермуды.
– Бермудский треугольник! – воскликнула Амелия. – Какая же это городская легенда? Там же столько несчастных случаев… Я читала, что это из-за подводных кратеров.
– Неужели? – насмешливо спросил профессор. – Мне и самому приходилось слышать, там-де и Атлантида, и магнитное поле, пропадают самолеты, корабли и люди. Но начинать надо с самого первого ложного утверждения. Как же легковерен человек! Вот вы, Амелия, это ложное утверждение уже и проговорили.
– Я?
– Конечно, вы. Судя по всему, вы уверены, что несчастных случаев в этой зоне больше, чем в других уголках планеты? Где вы такое вычитали?
– Не помню… В журнале каком-нибудь или в книге… Это же всем известно, этот феномен много раз изучали, даже фильмы есть.
– Верно, хватает и публикаций, и документальных фильмов. Но статистика говорит о другом – в этой зоне нет ничего из ряда вон выходящего. Статистика самая обычная, не страшнее, чем для других мест. Я вам больше скажу: до девятнадцатого века этот район даже был безопаснее соседних, это зафиксировано в архивах. Вокруг случалось гораздо больше кораблекрушений.
– Значит…
– Значит, сеньорита Фернандес, перед нами яркий пример силы убеждения, которой обладают слова, однажды напечатанные и затем неоднократно воспроизведенные в последующих публикациях. Опубликованные утверждения обладают в наших глазах определенным авторитетом, вот мы и склонны доверять им. Между тем миф о Бермудском треугольнике совсем свежий, он берет начало со статьи Винсента Гаддиса 1964 года, которая в свое время наделала много шуму. Вслед за ней стали появляться другие публикации, пошли книги и фильмы, миф о про́клятом треугольнике разрастался.
Профессор повернулся к экрану и переключил слайд, всю его площадь теперь занимала книжная обложка в эстетике семидесятых. Морской пейзаж с затянутой серыми облаками линией горизонта, поверх был наложен желтый равносторонний треугольник с летающей тарелкой внутри.
– Это международный бестселлер, “Бермудский треугольник” Чарльза Берлица. За ним последовали новые и новые книги, началось коллективное сумасшествие, дошло даже до статьи в Британской энциклопедии с подробным описанием всех загадок этой географической области.
– Но переживают же люди самых разных возрастов паранормальный опыт, который ни в каких книгах и репортажах не описан, – запротестовал Кристиан, который не готов был поверить, что люди настолько тупы, что ведутся на любые легенды.
– Возможно, – согласился Мачин, – но люди склонны излишне доверять печатному слову. Мы вроде бы и знаем, что пресса всегда политически ангажирована, субъективна, подает информацию под определенным углом, но все равно оказываемся под ее влиянием. Я сам нередко читаю новости о каких-то мистических явлениях с сенсационными заголовками. Мне-то понятно, что заголовки – приманка, а сама статья вполне может быть написана в скептическом ключе. Рассказать вам про призрака, которого выдумали журналисты, но который оказался таким живучим, что многие до сих пор в него верят?
– Да, пожалуйста! – воскликнула Амелия.
На экране возник черно-белый рисунок углем. На переднем плане – старый причал, в глубине угадывались очертания Тауэрского моста. В центре – фигура идущего человека. От изображения веяло чем-то зловещим – наверное, виной тому была викторианская эстетика и скрытое тенью лицо.
