– Она не писала, что снова проходила обследование? – спросила Сора, увидев в руках мужа открытое письмо с гербом Грепиль. Иногда ей казалось, что только эти два идиота пользуется услугами почты. – Хикари сказала, что ее в последнее время мучает бессонница.
– Это просто значит, что она снова начала писать книгу и ничего не выходит, – отмахнулся Куроки.
– Ты думаешь? – уже серьезно спросила женщина, подойдя к нему. – Она сдала в последнее время, признай. То резко поправилась, то похудела. А теперь у нее точная копия прически принцессы Дианы.
– Она просто ищет новый путь, чтобы жить, – вздохнув, Куроки посмотрел на жену снизу вверх. Он как-то упустил тот момент, когда она перестала ревность и стала беспокоиться о бывшей княгини Грепиль, как о родном человеке.
Сора скривила рот и отошла, прихватив остальную почту. Она не разделяла уверенности мужа в благополучии Анны, какое-то женское чутье или интуиция нашептывало ей, что возможно грядут перемены. А еще эта очередная дуратская, детская напряженность в отношении Киарда с Хикари. Благо Касуми радовала ее своей покорностью и блестящей выдержкой, оказалось девушка не так плоха, как Сора думала раньше. Та чудесно занималась с Анеко, по – настоящему любила дочь, хоть и Такэо все еще жаждал сына. Видно рождение дочери подорвало в нем веру в свою мужественность и теперь он старался доказать себе и остальному миру обратное. Жаль пока ничего не получалось. Но его мать не беспокоилась, при всем своем сложном характере, ее сын умел быть гибким и дипломатичным, когда это было в его интересах, поэтому-то она и не лезла в их отношения. У нее была Сакура с дочерью, и разведенная бывшая Такэо Айко, что подозрительно стала появляться на приемах и деловых встречах. Императрице явно была не нужна новая головная боль, посему она потихоньку следила за всеми. И это приносило плоды.
Она была выжата, устала и просто хотела забиться в какой-нибудь спокойный угол и ждать. Ждать когда солнечный лучик проберется сквозь приоткрытую штору и оставит кусочек пола. Ярким, теплым желтым светом, отраженным на короткошерстном ковре темно – синего цвета. Ей хотелось, чтобы у нее выросли крылья, защитившие ее, убаюкали ее в своем коконе и дали покой.
– Ты снова прячешься? – дверь в эту неосвещенную комнату открыл Саша, что уже успел переодеться после тожественного приема посла США. Чуть пошатываясь, скорее от усталости, нежели от выпитого. А еще, где-то втихаря от жены, он успел выкурить сигарету и посему было немного боязно появляться на глаза благоверной.
– Я снова отдыхаю, – язвительно ответила старшая сестра, сидевшая на полу в своем кабинете в полной темноте. Рядом с ней лежал поднос с соком и бутербродом, любовно принесенном Кейти, которую оказывается шесть лет назад наняла Хезер.
