Мередит пыталась принять расслабленный вид, однако за своей улыбкой не могла скрыть тревогу. Папа же явно бурлил от гнева и, казалось, сдерживал себя только потому, что в кухне была я. Жилки у него на висках начинали пульсировать всякий раз, как папа упирался взглядом в Мередит. Он мог быть плюшевым мишкой, но только пока его не доводили до ручки.
– Речь о твоей маме, – спустя несколько ударов сердца проговорил, наконец, папа.
Я кивнула. Это само собой разумелось. Я ожидала, что он скажет что-то еще, но папа погрузился в молчание.
Мередит, склонив голову набок, окликнула его:
– Скотт?
– О чем она, папа?
В животе у меня собрался комок страха.
– Я же говорил тебе, что не уверен, что это необходимо, – глядя на Мередит, папа изо всех сил старался сохранять ровный тон. Мередит же положила ладонь ему на спину и подтолкнула ко мне, словно это должно было помочь папе сказать то, что он не решался. – Твою маму не похищали с парковки «Таргета»…
Я ждала продолжения фразы, но папа молчал.
– Откуда же ее похитили? – спросила я тогда.
– Она ушла из «Таргета».
Капельки пота выступили у папы на лбу.
– Ты же только что сказал, что ее оттуда не похищали.
Я украдкой бросила взгляд на Мередит. Она выглядела нормально. Может, у папы снова что-то вроде шока? Меня все это уже начинало бесить.
Видимо, почувствовав мой страх, папа быстро заговорил:
– Твоя мама хотела стать ученицей в «Интернационале любви», поэтому оставила все свои вещи в машине и пешком отправилась в их лагерь. Оказавшись там, она согласилась сесть в фургон…
– Подожди… Что? Не так быстро.
Папа так тараторил, что мой мозг не успевал обрабатывать информацию. Мама ушла сама? К этому он пытался подвести?
– Твоя мама вступила в «Интернационал» потому, что сама того хотела. Добровольно, – пояснила Мередит. – Никто ее не похищал.
Я повернулась к папе.
– Я не понимаю. О чем она говорит? Вы пытаетесь мне сказать, что мама нас бросила?
Папино лицо исказилось, словно от боли.
– Да.
Мое сознание отказывалось понимать смысл этих слов.
– Нет, она бы не бросила нас. Ты же говорил, мама никогда бы нас не бросила. Папа?
По его щекам катились слезы. Мередит сделала шаг в мою сторону.
– Она рассказала нам вчера вечером, а сегодня утром все подтвердила.
– Вы узнали обо всем вчера, а мне говорите только сейчас?! – вскричала я. – Что было сегодня утром? О чем еще вы не поставили меня в известность?
– Прости, Эбби. Ты уснула под утро, и я не хотел тебя будить, – ответил папа, раскрывая руки для объятия.
– Серьезно? Такая у тебя отмазка?
Я оттолкнула его. Моя голова поплыла. Мама бросила нас, а я пропустила ее рассказ о том почему.
– Я знаю, тебе сейчас, наверное, слишком сложно все это переварить, – заговорила Мередит. – Мы просто подумали…
– Замолчи. Ничего не хочу слышать.
Ни слова больше. Ни от нее, ни от них обоих. Ни от кого. Они были слишком близко. Мне нужно было уйти. Я не могла думать, пока они на меня пялились. А мне нужно было подумать. Развернувшись на каблуках, я выбежала из кухни.
Папа вместе с Мередит поспешили вдогонку.
– Эбби, стой! Поговори с нами! – воскликнула вслед мне Мередит.
Я ненавидела, когда она напирала на то, что якобы мы трое – команда. Всегда ненавидела.
– Прости меня, – сказал папа.
Он уже извинился. Я больше не хотела слушать его извинения.
– Куда ты? Что ты делаешь?
Я распахнула входную дверь. Я и сама не знала, что делаю. Едва ступив на дорожку, я сорвалась на бег.
– Я нигде ее не нашел, – голос Скотта дрожал. Проездив почти час в поисках Эбби, он только что вернулся домой. Он сразу побежал за ней, но Эбби, должно быть, ушла дворами, потому что Скотт мгновенно потерял ее из виду. – Ты связалась с Меган?
– Да, и она ничего не знает об Эбби. Эбби убегала так быстро, что забыла свой телефон. Я просмотрела все ее контакты и написала сообщения всем друзьям. Никто ее не видел, и Эбби не выходила на связь ни с кем из них с чужого телефона.
– Что происходит? – с площадки второго этажа раздался голос Кейт.
– Все в порядке, – соврала я, в надежде, что это прозвучало убедительно.
– О, так теперь ты желаешь помолчать? – бросил Скотт. Я никогда не видела его таким злым. Эбби частенько шутила, что у ее папы горячий нрав, но сама я никогда прежде не бывала тому свидетельницей.
– Что случилось? – подперев бока руками, повторила свой вопрос Кейт. Меня буквально ошеломило то, насколько в этот момент она походила на Эбби. Та же упрямая складка на лбу, как у Эбби сегодня, тот же прищур глаз.
– Эбби убежала, и мы не можем ее найти, – сказал Скотт.
В глазах Кейт заплескалась паника.
– Почему она это сделала?
Кейт стремглав бросилась вниз, в одно мгновение очутившись рядом с нами, в прихожей.
– Она расстроилась, – добавила я. – Сама знаешь, как бывает с подростками.
Скотт снова сверкнул на меня глазами, но я решила, что навесить на Кейт еще и это – не самая лучшая идея. Она явно пребывала не в том состоянии, чтобы тревожиться об Эбби.
– Почему она расстроилась? Что произошло? – не унималась Кейт.
Тогда Скотт, стараясь не встречаться с ней взглядом, ответил:
