Особенно сейчас. Она заметила, что с началом тренировок и развитием мускулатуры она преуспела в отпугивании от себя всяких идиотов.
Бриенна была высокой и крепкой еще в детстве и раннем подростковом возрасте, и ее телосложение не очень хорошо послужило ей в налаживании отношений со сверстниками. За свой вид она бывала осмеяна, но заметила, что, стоя прямо с расправленными плечами и высоко задранным подбородком, она обладает преимуществом в теле, до этого вынуждавшем ее только страдать.
Помогло то, что она пришла к осознанию, что задирам нужно давать отпор – это подавляло всю агрессию, которую она получала в свой адрес. Вскоре после того, как ей сломали нос, Бриенна обрела что-то вроде заслуженного почтения, и это было, по ее мнению, гораздо лучше того, что могло ей дать одно только имя.
Не в силах сосредоточиться на чтении она взглянула на часы: было еще рано, раньше того времени, когда она наведалась в музей в прошлое воскресенье, но…
В этот раз можно было поступить и по-иному.
Двадцатиминутная прогулка выдалась совсем неплохой, хоть температура воздуха упала на несколько градусов в последние несколько дней. Бриенна не была любительницей жаркой погоды, вынуждавшей ее обнажать еще большее количество веснушек, потому чувствовала себя хорошо, прогуливаясь в тенистой прохладе деревьев.
Как только она достигла музея, он тут же попался ей на глаза. Красивый профиль Джейме был легко узнаваем даже с большого расстояния, но выражение его лица обеспокоило ее. Вид у него был ошеломленный, и, казалось, он совсем не заботился о том, что ноги несли его прямиком к оживленной части проспекта Эйегона.
На лице Джейме появилось раздражение, когда он обернулся к Бриенне, оттащившей его от дороги за ворот рубашки, но оно сразу сменилось шокированным выражением, как только он узнал ее. По крайней мере, теперь он куда больше походил на живого человека.
— Пожалуйста, не переходите на красный, — обеспокоенно произнесла она. Неужто он был под кайфом?
Он стиснул зубы, приводя свою рубашку в порядок.
— Должен ли я отвесить поклон, или…
Ах, значит, ему стало известно, из какой она семьи, подумала Бриенна, закатывая глаза. Учитывая тот факт, что он появился тут в воскресенье и неожиданно без своей спутницы, да и к тому же выглядел огорченным, делало очевидным имя виновника этого.
— Подрик? — вздохнула она.
Он пренебрежительно передернул плечами с прежним оскорбленным видом. Обычно этого было бы достаточно, чтобы дать ему отставку с его ребячеством.
Однако.
Ей все еще было любопытно.
Взяв его под руку, Бриенна повела слегка сопротивляющегося Джейме обратно к зданию, которое он недавно покинул.
— Временами он чересчур… заботливый. Сама не знаю, почему. Я во всех смыслах способна себя защитить.
Нельзя было сказать, что Подрик в самом деле мог бы заступиться за нее, для этого он был не в той форме. Отыскать его внутри не составило большого труда, и он встретил их с пристыженным видом.
— Под, — начала она в энный раз. Он же как будто неверно истолковал то, в чем его обвиняли.
— Мисс, я прошу прощения. Я пытался сказать…
Бриенна оборвала его.
— Под. Я ценю, что ты пытаешься уберечь меня, одни боги знают от чего, но, пожалуйста, не нужно выдворять посетителей от моего имени, только если я тебя об этом не попрошу.
Молодой человек был в ужасе, и она поняла, что высказалась чересчур резко. Так что продолжила уже помягче:
— Я не сержусь на тебя, но не делай так снова, ладно?
Подрик кивнул в знак согласия, и Бриенне оставалось надеяться, что больше ей не придется напоминать ему об этом. Он был славным парнишкой с добрым сердцем и самыми лучшими намерениями, но порой ему не помешало бы чуть расслабиться.
Одна проблема была улажена. Джейме все еще молча цеплялся за ее руку, когда она направила их в сторону кафетерия.
— Хм, я проголодалась.
Бриенну слишком поглотило чтение — и мечтания, — так что она совсем позабыла об обеде, к тому же кафе казалось подходящим местом для беседы с этим знакомым-незнакомцем.
Пиа была полна еще большего, нежели обычно, энтузиазма, чему виной, вероятно, было присутствие приведенного ею с собой симпатичного гостя. Обычно Бриенна не общалась в музее ни с кем, кроме персонала, и теперь могла заметить, как загорелись огоньки в глазах баристы. Терпеливо игнорируя заговорщицкие ухмылочки, она заказала сэндвич с ростбифом и салат с пастой для себя и сэндвич с ветчиной и сыром и капустный салат для Джейме, по-прежнему предпочитавшего отмалчиваться.
Она отвела его в кабинку, пожелала приятного аппетита и приступила к еде сама. Она не слишком-то любила есть на публике и в свои лучшие времена, а неподвижность Джейме и его блуждающие глаза говорили о том, что он пристально за ней наблюдает.
Да, Бриенна понимала, что их странно установившаяся связь сделает его более… терпимым к ее наружности. Все ж таки он сам пришел, чтобы встретиться с ней.
Позволив ему некоторое время поглазеть на себя, Бриенна пришла к выводу, что молчание стало уж слишком гнетущим, так что она нарушила его самым что ни на есть прямолинейным комментарием:
