– Отпущу, если ты зайдёшь в эту клетку и будешь вести себя хорошо. Видишь, как всё просто.
– Хорошо, – сказала Даша и двинулась вперёд.
– Нет, не заходи, – крикнул Дима. – Не слушай их, беги отсюда. Даша, прошу.
Пленник рвался со стула, но противно прилипший скотч, не отпускал его, а ещё сильнее врезался в руки и ноги. Даша медленно шла. – Не трогайте её, сволочи, – злился и волновался голос Димы.
– Грегор, заткни ему рот и научи манерам, – мягко произнёс Якуб, следя за девушкой.
– Отец назвал его дурачком. Можно ли, недоумка, бить?
– Ещё лучше, – хохотнул Новак. – Ему, уже, не навредить. Грегор кивнул.
Сильный удар в лицо опрокинул Диму вместе со стулом. Упав, он ударился головой о бетонный пол и пыль окрасилась в грязно-алый цвет. Один удар и падение не удовлетворили бандита. Вернув стул в вертикальное положение, он нанёс ещё два удара: в грудь и живот. Дыхание сбилось, в горле захрипело и Дима глотал воздух, широко открыв рот.
В глазах Даши мелькнули красные огоньки и она побежала, на ходу составляя план своих действий. Якуб, сообразив, что всё может обернуться не в его пользу, рванул из внутреннего кармана пистолет и приставил его к виску Димы. Даша резко остановилась, подняв клубы пыли с бетонного пола.
– Заходи в клетку или я вынесу ему мозги, – потребовал главный похититель.
– Даша, делай, как тебе говорят, – донёсся знакомый голос от двери. Даша обернулась, увидела профессора, глянула на Диму и пошла к клетке. Как только она оказалась внутри, снаружи навесили амбарный замок, исключив возможность открывания его роботом.
Профессор кинулся к сыну.
– Как ты, сынок?
– Нормально, папа, – прохрипел сын.
– Потерпи, сейчас мы уйдём отсюда, – пообещал отец, поглаживая пыльные, влажные от крови, волосы сына.
– Якуб, вы человек или зверь? – обратился профессор к похитителю и вымогателю. – Как можно бить ребёнка? Неужели, из-за своей жадности, вы утратили все человеческие качества.
– И я рад видеть вас, профессор Репнин, – отозвался Якуб, убирая дуло пистолета от виска Димы и жестом, приглашая профессора к столу. – Я облегчил процедуру передачи мне робота, подготовил договор. Вам нужно, лишь вписать правильное и точное обозначение вашего изобретения и поставить подпись.
– Я подпишу, подпишу, только скорее отпустите сына, – говорил профессор, беря дрожащими пальцами ручку. – Он истечёт кровью. Надо в больницу.
– Так торопитесь, профессор, – подтолкнул Якуб.
– Отец, не подписывай. Ты не можешь, так поступить, – потребовал сын, борясь с наплывающим бессилием.
– Развяжите сына и я сразу подпишу, – сказал профессор.
– Освободите его, – ударился о воздух приказ шефа.
Едва Диму освободили от пут, он подошёл к Даше и обхватил её кисти, сжимающие холодный металл прутьев.
– Попроси отца, не подписывать договор, прошу.
– У нас нет выхода, Дима. Профессор сделал правильный выбор. Он выбрал сына, а не робота. Я поддерживаю его. Сильно больно? – спросила она. – Опять, тебе больно из-за меня. Ты всегда в опасности, если я рядом. Так не должно быть.
– Чёрта с два, правильное решение, – вскипел Дима. – Почему, этот лысый урод диктует, что делать.
Сильная рука Грегора оторвала Диму от рук Даши, рванула на себя и ударила об решётку. Скользя по прутьям спиной, Дима оседал на землю.
– Заткнись, сопляк, – прилетело следом за ударом, но Дима, уже не слышал. В глазах плыл туман, заслонивший все очертания и звуки этого жестокого мира.
– Зря ты так сделал, козлина. Сейчас, я расколю твою лысую голову, как орех, – спокойно произнесла Даша и одним рывком раздвинула металлические прутья, ухватив по ходу Грегора за толстую шею. Выходя из клетки, она приподняла его над землёй. Здоровяк, округлив глаза, дёргал ногами и руками пытался ослабить хватку робота. – Поздно трепыхаться. Сейчас, ты сдохнешь, – сообщила она и швырнула его, как тряпичную куклу в дальний угол сарая. Пустые ящики, образующие целую пирамиду, посыпались на него.
– Вот это да! – восхитился один из бандитов. – Её точно от человека не отличить, не считая силы.
– Именно, силы, – надавил на ключевое слово испуганным голосом, его коллега, видя, как робот приближается к ним.
Ей хватило несколько коротких минут, чтобы раскидать всю банду, подхватить Диму на руки и покинуть страшное место вместе с профессором, так и не успевшим подписать насильственный договор.
Ехали не в больницу, а к дому Репниных, по пути вызвав доктора – старого друга Матвея Алексеевича, известного и лучшего в городе и не только, врача в области нейрохирургии. На стадии разработки и сборки андроида, Матвей Алексеевич был консультантом в проекте профессора Репнина, поэтому на него можно было положиться, не ожидая удара в спину.
Дима лежал в своей кровати. С того момента, как Даша несла его на руках к машине профессора, он не приходил в себя. Отец, переживая за сына, то и дело метался к двери, ожидая звонка и к окну, проверяя, не подъехал ли, профессор Калужный. Даша, обмакивая кусок бинта в тёплой воде, оттирала кровь с лица Димы. Матери решили, пока не сообщать. Увидев в таком состоянии сына, Елизавета Васильевна, непременно бы, впала в шок.
