Он собрал остатки от стула и бросил в ближайшее к нему окно. Визг и свист. Волны что-то поймали и забрали с собой. Она наблюдала за всем в другое стекло, и улыбка быстро сменилась уже знакомым ледяным выражением лица.
–Ну что, сейчас весело? Сказать нечего? А почему? Давайте посмеёмся, -его ненатуральный смех мог свести с ума.-Ну же, давайте вместе.
Она уже не смотрела вдаль, ее взгляд был устремлён в пол. Ветер, зашедший через новую дверь, попытался сорвать ее платок, но она удержала. Свен ещё стоял и дышал как бык на корриде. Листы из его сумки полетели в разные стороны и заполнили недавно пустующую комнату. Наконец он понял, что сделал. Он успокоился и повернулся к разбитому окну. Он был одним из той толпы, а сейчас пришёл в себя. Ему стало не по себе даже, наверное, впервые в жизни стыдно.
–Черт… Я не хотел, правда, я все исправлю.
Он вспомнил, что внизу были стекла. Но разве мажор, прожигающий свою жизнь, когда-нибудь вставлял стекла? Нет. Конечно, нет. Он спустился, все ещё опасаясь за свою жизнь, и взял те самые прозрачные панели и инструменты. «И что с ними делать?»-первое что сказал Свен, как только поднял их наверх. Он обернулся, чтобы посмотреть, не поменялось ли что-нибудь в женщине. Но она все так же стояла, опустив глаза в пол и сильно сжав платок. Парень закрыл глаза и сделал глубокий вдох:
–Я никогда этого не делал, но видел, как отцовская прислуга этим занимается, я постараюсь не выронить их. Все будет хорошо.
Следующие три часа Свен провёл за заменой стёкол. Кричал, ругался, резал руки, потел, но все же сделал. Это было неожиданно для него самого. Никогда в жизни он не занимался чем-то сложнее поднятия стакана. Он сильно устал и хотел присесть, но перед ним была только ножка и спинка того самого, что полетело в окно.
–Вот, готово, -он говорил спокойно без улыбок и язвительности.– Я не прошу большого интервью сейчас, мне абсолютно понятно, что я показал себя с плохой стороны, но может ответите хотя бы на несколько вопросов? У меня осталось только два часа.
Молчание. Ответа не последовало. Она осталась стоять в той же стойке: глаза в пол, руки в платке. Ему было нечего делать, но он нашёл, чем заняться. Разбитое мальчишками окно. Его менять было проще, оно меньше. Специально для такого была отдельная панель, окна явно меняли часто. На это ушло ещё полтора часа. Когда Свен поднялся в очередной раз наверх, женщина неизменно стояла на своём месте. «Я все понимаю»,-прошептал парень. Он стал собирать свои листы по всей комнате. За ним уже должны были подъехать, ничего не оставалось, кроме как уйти. Уйти ни с чем. Как и пришёл. Разве что, научился заменять стекла, если интервью так и не сложится, то этот навык ему точно понадобится.
–Я ещё раз прошу прощения. Я это говорю редко, поверьте, но сегодня мне действительно стыдно. Я не ожидал такого от себя. Это ваш дом, а я вот так ворвался и ещё громлю тут все… Извините.
Он направился к лестнице, и по пути вниз снова провалилась ступенька.
–Фрида!
Свен услышал молодой женский голос и шаги, которые приближались к лестнице. В конце концов подошла она. Ее глаза были почти в слезах, а лицо все также без эмоций.
–Меня зовут Фрида. Я… Вы… Вы же приедете и завтра, не правда ли?
–Да, это мое задание, я обязан уезжать из дома сюда, даже если вы меня больше не пустите.
Она была растеряна или неуверенна в том, что хотела сказать, от этого закусывала губы:
–Пущу. Я буду ждать вас завтра. Но только попрошу: свою наглость оставляйте там, на улице. А лучше утопите ее сейчас на выходе, как мое окно.
Он отвёл глаза, чтобы не видит ее. Ничего, не сказав, Свен спускался. Теперь он выходил не с пустыми руками. Когда парень шёл по дороге от маяка, он достал свой блокнот и написал большими буквами на первой странице: «Фрида».
–Что ж, теперь начинается новая история. Видимо, очень интересная.
Переосмыслить своё поведение Свен не хотел, просто решил прятать это за новой маской, доброты к этой одинокой женщине. Хотя у него уже была тактика, тут нужна была особенная. И все таки где-то глубоко внутри его немного терзало ощущение того, что он сделал что-то не то. Тогда. Со стулом. Но это было слишком глубоко. А может, его настоящая суть просто оттолкнулась от дна и шла наверх....
Глава
VI
