–Около пятнадцати или десяти лет назад, я точно не знаю, это все рассказы, она была ещё вполне нормальной: приходила в деревню, играла с детьми, общалась со всеми. Но в один день, когда был страшный шторм, корабль утонул недалёко отсюда. Никто об этом не узнал, ни в одной газете или новостном выпуске это не освещали. Говорили, что это из-за того, что маяк не подал свет, и корабль потерялся, навигация дала сбой. В деревне, конечно, в это не верили. Или не показывали виду, что верят. А вот она приняла все достаточно серьезно. Винила себя. Говорила, что у неё была возможно дать какой-то свет, а теперь она никому не нужна. Тогда ещё объявили о массовом закрытии маяков. В общем, странная история. Но после этого она не выходит из башни, мы приносим ей еду, чтобы она не умерла. Все таки она была частью нашей большой семьи, хоть я и не была с ней знакома и никогда не видела. Но моя мама всегда говорила, что она очень светлый и добрый человек. Сидеть в маяке ей сложно. Так говорит мама.
Девушка закончила и наконец смогла забрать свою руку из рук журналиста.
Свен стоял задумавшись. Он не совсем понимал причастность Фриды к кораблекрушению, да и вообще вся эта история казалась ему странной. Он посмотрел на девушку, которая хотела просто отдать корзину и уйти.
–Я могу отнести корзину ей. Все равно мне туда, -он показал рукой на верхушку башни.
–Если вам не сложно…
–Нисколько.
Он снова закурил. В чем она виновата? Все ли рассказала эта девушка? Может что-то упустила или забыла? Свен и так догадывался, что от хорошей жизни ты не закроешься в маяке и не будешь молчать в течение девяти часов. Но в кораблекрушении ли дело? В этом пазле явно не хватало деталей. Парень намеревался добыть их у самой Фриды. Шаг за шагом. Постепенно. Медленно открывая себе новый мир. Мир женщины, которая всегда молчит и ждёт чего-то из-за горизонта.
***
Она стояла около окна. Опять. Но в этот раз обернулась, как только почувствовала, что он уже поднялся. Они оба смотрели друг на друга и не могли начать разговор. События вчерашнего дня на долго засели в них.
–Доброе утро, -наконец начал Свен.-Вам просили передать.
Он протянул корзину с продуктами Фриде.
–Поставьте на стол.
Когда Свен подошёл к столу, он заметил целый и невредимый стул. Это было странно. Либо она спустилась на дно, подняла те части и собрала стул снова, либо она все таки где-то хранила места для гостей.
–Я не помню вашего имени.
–Свен Пирсон. Я-журналист…
–Это прекрасно помню. Присаживайтесь. Вам нужно как-то все писать. Наверное. Или вы используете диктофон?
–Нет. Я стараюсь писать. С диктофона все равно потом переписывать, это лишняя трата времени.
–Да, согласна.
Она была явно растеряна, не знала, куда спрятать свой взгляд, за что его зацепить, все в комнате была не тем, что она искала. Тогда женщина не придумала ничего лучше, как просто отвернуться к окну. Опять. Свен все это время смотрел на неё. Он не совсем понимал, как ему себя вести: быть смирным и просто слушать или все же стать хозяином положения как вечера, но мягче?
–А вы не присядете?-спросил журналист.
–Если можно, я буду говорить стоя.
–Как вам удобно.
В комнате повисла тишина. Они оба не знали, как начать. Он от того, что был неопытным журналистом, она от того, что не особо и хотела начинать. В ее жизнь впервые за долгое время кто-то пытался войти. Она вообще решилась дать это интервью только из-за того, что ей стало жалко этого парня: он же мог остаться без работы. Свен не мог долго молчать, поэтому решил начать:
–Назовите своё полное имя.
–Фрида.
–Эм… Полностью. Не только имя.
–Я не помню. Очень давно я называю себя Фрида. Это мое настоящее имя, вы не подумайте. Фамилию давно не употребляла, а второе имя… не помню, -женщина не была похожа на хитрую интриганку, которая просто не хотела назвать полного имени, видимо, действительно не помнила.
–Что ж…
–А конкретно вам нужно?-перебила Фрида.
–Мне? Мне нужно… Я должен… Мне нужно все о вашей жизни. Начиная с самого детства.
–Все?– она была не на шутку удивлена.-Но зачем?
–Задание, -отрезал Свен.
–Задание… То есть, нужно начинать с самого детства?
–Это было бы замечательно.
Женщина укуталась в свой платок сильнее, подняла свою голову выше и нацелила взгляд на горизонт. Ее обычная поза для молчания… Но не в этот раз.
