— Вчера тут все лежало по местам, аккуратно и…
— Как отчество у Анфисы?
— Что? — нервно моргнул я.
— Учись, салага. Анфиса! — Громогласно крикнул Толя. — Уж простите, не знаю вашего отчества…
— Да что вы, просто «Анфиса» будет достаточно. Что тут произошло? — Женщина вскинула руки вверх. — Это вы? Никакой почтительности к вещам умершей…
— Вы заходили в квартиру после моего ухода? — Я взял себя в руки.
— Нет, что вы, закрыла дверь и ушла…
— У кого есть копии ключей?
— Только у Светы, а там…
Женщина всхлипнула и удалилась на кухню. Анатолий тяжело вздохнул и, скинув яркую кофточку со стула, раскрыл чемоданчик. Я обвел комнату взглядом и повернулся к коллеге:
— Тут кто-то явно что-то искал…
— Да что ты говоришь, о, светило детективной мысли, — ехидно протянул Толя, натягивая перчатки. — Давай, без себе пару и присоединяйся… Только трусики нюхать не начинай, знаю я вас, молодых и горячих…
— И в мыслях не проскакивало, Толь!
Наблюдая за работой Анатолия, я старался фиксировать каждое движение. На автомате достав телефон, я стал делать снимки, ругая себя за то, что не додумался до этого еще вчера. Толя, словно собака на охоте, присматривался к каждой вещи и откидывал ненужное в сторону. Развернул постельное белье, посветил фонариком, пробурчал, что постиранное, понюхал матрас, показательно скривившись:
— Такое впечатление, что девушка заранее все вещи перестирала и подготовила… Смотри, даже нижнее белье поглажено. Кто вообще сейчас гладит?
— Только те, у кого много свободного время и шалят нервишки…
— Ну или те, кто слишком сильно зациклен на внешнем виде.
— А это не одно и тоже? — протянул я, перекладывая записи. — А ты там отпечатки пальцев, например, фонариком волосы искать не собираешься?
— Детективов пересмотрел? Такими вещами на местах преступлений проворачивают, а тут этих пальчиков будет больше, чем на ручках дверей в метро…
Я покачала головой и отложил кипу бумаг. Квитанции, договора аренды, отсканированный паспорт и прочие документы. Казалось, что девушка старалась отложить каждую бумажку и быть готовой ко всему, имея доказательства. Даты на некоторых чеках подчеркнуты, время выделено. Договор с «Мусорным баком» распечатан зачем-то в шести экземпляров. Перечитав направление от врача, я посмотрел на Толю:
— Тут направление на анализы, дата новая, всего за один день до убийства…
— Гинеколог? На ЗППП?
— Откуда знаешь?
Анатолий демонстративно растянул интригующие кружевные трусики со бисером и весело поиграл бровями:
— Опыт, сынок, опыт! Еще и клиника частная?
— Ты меня пугаешь…
— Марку на нижнем белье заметил? Оно как месяц жилья в этой квартире стоит, если не больше, — хмыкнул он, отбрасывая предмет гардероба в сторону. — Если она себя в такое запихивала, то и уход должен соответствовать. Учись, пока я жив!
— То есть, если мы сейчас заглянем в ванну…
— То там будут всевозможные пенки, крема, может даже масочки специальные, для губ. Ну знаешь, мода новая пошла… Отбеливатели всякие… Даже отдельные духи для этого места придумали!
Я покачал головой и спрятал направление в карман, предварительно сфотографировав. Нужно наведаться в это местечко, спросить историю болезни и знают ли там что. Сложив документы в папку, я отложил ее на стол. Рассыпанные ватные палочки, пустые флаконы из-под духов, вывернутая на изнанку косметичка.
— Толя, тут коробочка стояла, для украшений… Такая резная, белая.
— Не видел, но в этой комнате полезного нет, кроме твоей бумажки, — Анатолий оттянул край перчатки. — Девочка дорогая, одежда вся брендовая, а носки дешевые. У нее же зарплата маленькая была, да?
— Ну скромная, но там же еще и чаевые падали.
— Ну сам подумай, мне за тебя всю работу делать не хочется, — щелчок латекса причинил мне фантомную боль. — Попробуй, щелкни — в голове проясняется.
Я поднял бровь и посмотрел на него. Не хотелось, конечно, но почему нет. Резкая боль отрезвила.
— Ты хочешь сказать, что она — эскортница?
— Ну ты загнул… Тут скорей начинающая проститутка. Деньги получает, а куда вкладывать — еще не поняла, на всякие мелочи, о которых в детстве мечтала, тратится… Лучше бы на квартиру копила, хотя бы в цене не проиграла, — улыбнулся Толя. — Хотя что об этом уже говорить? Ох, молодость, зеленость… Вот ты зачем тело портил?
— Тату?
— Нет, эпиляция зоны бикини, — хохотнул он. — Ну, конечно, тату!
— Шрамы закрыть хотел.
— Больно?
— Не так, как шрамы получать, скорей приятно смотреть, как они становятся незаметными.
— А зря, ты, считай, целую главу своей жизни татуировкой перекрыл, часть себя замазал. Но ты потом поймёшь, вспомнишь, — Так, мне нужно осмотреть кухню и попробовать те замечательные голубцы, которые так любезно нам принесла Анфиса. А то во рту такой привкус, словно мыши нагадили…
Я понимающе кивнул, наблюдая, как вечно серьезный Анатолий поправляет волосы, критично осматривая себя в зеркало. Молодость… Ну, а за девочками мы бегать видимо будем в любом возрасте…