– Тогда пообещай, что останешься здесь, – она подошла к нему и заглянула, будто в самую душу, в самые уголки. – Не ходи за мной, прошу тебя. Ты обещаешь мне? – Снова спросила она и приблизилась ещё.
– Я обещаю тебе, Наташа.
Тогда она быстро прислонила свои губы к его губам. На этот раз поцелуй был коротким. При каждом поцелуе, их словно ударяло током, но этот удар был не таким болезненным, скорее мягким и тёплым.
Наташа отпустила его руки и быстро подошла к входной двери. «Совсем скоро нам не придётся видеться только по ночам, и расставаться вот так. Нам не придётся прятать свои чувства от других» – сказала она и вышла из его квартирки.
Глава 5
Где ночью была Наташа, никто не узнал. И гувернантка сдержала своё обещание. Наташа тихо вернулась домой, уже было темно и прохладно. В гостиной и кухне никого не было, все спали. Она медленно закрыла дверь, чтоб та не заскрипела, и поднялась к себе в комнатку. Девушка ещё долго сидела около окна, а на её лицо падали серебристые лучи полной луны. Она думала, что совсем уже скоро они будут вместе. Будут жить рядом, в одном доме и совсем в другом месте. Может быть не за границей и не в другом городе, но хотя бы на другой улице Петербурга. Ах, их тайна от всех теперь стала пыткой для обоих. Она всё время, каждый день ,хотела рассказать матери о своей тайне, о её любимом человеке, но не могла. Не могла! Каждый раз её что-то останавливало. Возможно, это была её робость и страх, что мать не разрешит встречаться им никогда. Скажет, чтобы она забыла его, закроет её от него, спрячет. Её останавливало время, оно говорило: «Рано. Ещё рано», но Наталья знала, что потом будет поздно.
Наташа легла в кровать и не заметила, как уснула до самого утра.
Татьяна Константиновна, как всегда, как вчера, встала рано, но, как оказалось, гувернантка её снова опередила. Фрося хозяйничала во дворе. Татьяна вышла в сад, и сразу направилась к своим любимым розам. Эти цветы были крупные, красивые, разноцветные, они жили и радовались каждому лучику солнца, каждому дню. Они направляли свои лепестки к большому, яркому диску и сами светились цветом. Сразу, издалека, Татьяна заметила, что некоторые из роз потускнели и опустились. «Что такое?» – подумала женщина. Она зашагала быстрее прямо к растениям. Татьяна опустилась на колени рядом с одной из молодых розочек, посмотрела на неё жалеющими и испугавшимися глазами. Она поднесла руку к цветку, даже не дотронулась, как два лепесточка сорвались и упали на землю. Татьяна тут же вскочила на ноги и отпрянула назад. Она смотрела на них огромными не понимающими, что происходит, глазами.
Татьяна Константиновна взяла леечку и полила все-все цветы, хотя земля и так была влажная после утренней росы. Потом она быстро вернулась в дом и, будто за ней кто-то гонится, захлопнула за собой дверь и прислонилась к ней, закрыв глаза. Её сердце быстро пульсировало, руки подрагивали. Вдруг в дверь сильно застучала Фрося.
– Татьяна Константиновна, – закричала гувернантка, – что случилось?!
Татьяна медленно приоткрыла не много дверь, та коротко проскрипела, и выглянула в промежуток. Фрося стояла, опустив руки вниз, и удивлённо прямо смотрела на женщину.
– Татьяна Константиновна, – спокойно, но с испугом, произнесла Фрося.
– А, нет. Ничего такого, – женщина полностью открыла дверь и помотала головой, словно стряхивая лишние мысли, – просто что-то… что-то мне захотелось пробежаться. Ну, как это… для здоровья; вот, из сада да в дом,– сказала Татьяна и коротко наиграно посмеялась. – Ты не подумай, всё ладно, Фросюшка.
Но Фрося так же стояла, как вкопанная, и глядела на женщину. Потом она быстро поморгала глазами.
– А, понятно, – произнесла она. – Вам что-нибудь приготовить на завтрак?
– Да. А давай то же, что и вчера, – сказала Татьяна и потянулась головой к девушке, – уж больно мне понравилось, – и улыбнулась.
– Хорошо, Татьяна Константиновна, – ответила Фрося и, осторожно проходя боком мимо женщины, прошла в кухню. И от туда не выходила ещё около пятнадцати минут.
А Татьяна прошла в гостиную, села на диван и взяла какую-то газетку. Как-то Фрося заметила, что женщина читает газету, и спросила громко, не нужно ли купить свежую газету, а то эта ещё за ту неделю. Татьяна мягко ответила отказом. Фросе вообще очень редко, когда можно было ответить твёрдо и строго, этого просто нельзя было сделать, потому что эта милая девушка была, как одуванчик. Стоит на него подуть, и он станет другим. А что произойдёт с Фросей, Татьяна знать не хотела. Да и была-то она не чужая им.
