– Я обещаю себе получить VIP-пропуска и доступ в паддок[3] «Фенрира» на Гран-при «Формулы–1» в Нэшвилле.
Бобби кивает.
– Я тоже собираюсь дать себе такое обещание.
Крис присоединяется к ним.
– И я.
Следом говорит Ками:
– Моя цель – быть более несносной и сделать больше мужчин несчастными.
Крис со вздохом качает головой.
– Нам было бы так хорошо вместе, если бы ты только дала мне шанс.
Она наклоняет к нему бутылку с пивом и подмигивает.
– Мечтать не вредно.
– Давай, Генри. Какое твое обещание? – спрашивает Расс. Хэлли поднимает голову с моего плеча, очевидно, уже проснувшись.
Хотя я ожидал, что рано или поздно меня спросят, я все равно не придумал, что сказать. Я ни разу не давал себе новогодних обещаний, потому что никогда ничего не придерживаюсь. Я даже не могу сконцентрироваться на своих привычных обязанностях. Я хочу снова наслаждаться хоккеем без головной боли, которую приносит статус капитана. Хочу быть хорошим другом для всех, не беспокоясь постоянно о том, что могу всех подвести. Хочу сделать Хэлли счастливой. Хочу не забывать почаще справляться о делах Анастасии. Отвечать людям на сообщения. Не расстраиваться, когда дела пойдут совсем плохо. Я столько всего мог бы сказать, но не знаю как.
– Я хочу доказать, что Робби лжет о своей аллергии на кошек. – Вся комната взрывается смехом, а я испытываю великое удовольствие, как всегда, когда говорю что-то правильно. – Продолжай, Хэлли. Ты последняя.
– Список к прочтению – хорошее обещание; даже вспомнить не могу, когда в последний раз читала книгу, которая не предназначалась для книжного клуба или учебы. Может, меньше отвлекаться? Да. Меньше отвлекаться от своих целей.
Расс включает звук на телевизоре, и толпа на Таймс-сквер сообщает нам, что до полуночи осталась всего одна минута.
Обратный отсчет начинается с десяти, и мне нужно сказать еще кое-что. Я наклоняюсь к уху Хэлли и шепчу, чтобы только она могла меня услышать:
– Ты – лучшее, что случилось со мной в этом году.
– Могу сказать о тебе то же самое.
Она улыбается, и без сомнения удовольствие от вида ее улыбки в разы приятнее, чем всеобщий смех над моей шуткой. Когда обратный отсчет доходит до нуля, я целую ее впервые в этом году.
– Перестань на меня пялиться.
Хэлли совсем не похожа на мою Хэлли, когда огрызается на меня в десятый раз за сегодняшний день. Ее голос охрип, а нос заложило. Когда она поднимает голову от подушки из своего обычного положения лицом вниз, кончик ее носа розовый, глаза слезятся, а под ними залегли темные круги.
– Тебе нужно сходить к врачу, – говорю ей в десятый раз. По одному за каждый раз, когда она просит меня перестать на нее пялиться. – Почему ты такая упрямая?
Она громко шмыгает носом.
– Потому что ты сказал мне, что я должна начать говорить людям «нет». Так вот, нет.
– Я также сказал, что не имел в виду себя.
– Я слегка простыла или что-то в этом роде. То, что косило всех две недели назад, наконец-то добралось и до меня. Я в порядке, Генри. Это пройдет, обещаю.
– У тебя сотрясение мозга от чихания? Ты начала эпидемию, которая всех скосила. Ты болела весь месяц, это ненормально. Тебе нужно сходить к врачу.
После того как в канун Нового года Хэлли целый день твердила мне, что я ошибаюсь, в первый же день нового года она начала жаловаться на плохое самочувствие. Она сказала, что это из-за того, что она так много работала, а потом допоздна оставалась со мной. И добавила, что это окупится, когда она получит зарплату и сможет купить новую одежду для отпуска. Неприятное напоминание о том, что отпуск все же состоится.
Учеба после зимних каникул началась вместе с хоккеем, и несмотря на то что я настаивал, чтобы она осталась дома и отдохнула, Хэлли притащилась на нашу субботнюю игру, после того как мы проиграли нашу первую игру в этом году днем ранее. Я почти уверен, что она все это время спала на плече у Поппи и не видела ни секунды игры.
То, что я назвал ее своим талисманом на удачу, сделало ее суеверной, и, поскольку нам по-прежнему везет в ее присутствии, команда тоже как бы подпитывается этим. Последние две недели у нас были выездные игры, и вместо того, чтобы воспользоваться моим отсутствием и поспать, она бросилась помогать в «Зачарованном», когда их продавец, работающий по выходным, заболел.
Я отметил, что она, вероятно, его и заразила, что было воспринято без особой благодарности.
– Доктор посоветует мне отдохнуть, – бормочет она, уткнувшись в сгиб своей руки, и не поднимая на меня взгляда. – Меня больше не тошнит. И я не беременна, если тебя это беспокоит. Думаю, мое тело просто отвергает такую безупречную трудовую этику.
Я медленно моргаю, глядя на нее, хотя она меня не видит.
– Я даже не подумал об этом. Сомневаюсь, что симптомом беременности можно считать то, что ты выглядишь на волосок от смерти.
– Ты явно не смотрел «Рассвет».
– Думаешь, я жил с Анастасией и Лолой и мне не пришлось посмотреть «Рассвет»? Шутки в сторону. Я беспокоюсь о тебе. Я завис на информационном ресурсе WebMD и изо всех сил стараюсь оставаться спокойным, что тебя не осмотрел врач.
