– Ты должен рассказать своему тренеру. Я могу отвезти тебя обратно на каток прямо сейчас, и ты ему все расскажешь, проблема решится, и сможешь завтра играть.
– Я не хочу.
– Сейчас не время для упрямства, Генри. Мы можем все исправить. Я не стою таких неприятностей. Я переборю свой стыд. Пожалуйста, позволь мне помочь тебе. Не заставляй меня смотреть, как ты впадаешь в депрессию.
– Хэлли, я почувствовал облегчение. Когда он сказал, что я, возможно, больше не буду капитаном, я впервые за весь год испытал радость относительно хоккея. И я не знаю, что делать с этой информацией. Я чувствую себя по-настоящему потерянным из-за того, что имею и чего хочу. Думаю, мне нужно время, чтобы разобраться в своих мыслях и чувствах.
Я нахожу его руку на полу рядом со мной и крепко ее сжимаю. Я решаю, что собираюсь сказать, затем передумываю, затем снова решаю. Проходит целая вечность, прежде чем я заговариваю.
– Генри, я нарушила правило. Важное, номер четыре. Анастасия была права.
Он подносит мою руку, сжимающую его ладонь, к своим губам, и нежно целует мою кожу.
– Я знаю. Когда мне станет лучше, я попрошу совет простить меня за то, что не выполнил правило номер пять. – Он не собирается разбивать мне сердце. – Ты можешь дать мне время? Я боюсь, что, если ты будешь рядом, когда все это обрушится на меня, я оттолкну тебя. Я обещаю, что вы с Джой получите меня обратно, когда я приду в себя. Я просто плохо справляюсь с проблемами, когда рядом со мной люди. Сейчас я в небольшом оцепенении, но не думаю, что оно долго продлится, поэтому собираюсь поехать домой к родителям.
Я готова молить его позволить мне помочь ему, но он явно не хочет моей помощи. Как бы тяжело это ни было принять, особенно когда речь идет о любимом человеке, я не могу все исправить.
– Да.
– Это единственное, в чем тебе позволено мне отказать, – тихо произносит он.
– Генри, я дам тебе время прийти в себя. Столько, сколько тебе понадобится. Только пообещай, что вернешься ко мне, как только почувствуешь себя лучше.
– Обещаю.
Услышав стук в дверь, я надеюсь, что, когда открою, на пороге будет стоять Генри, но в глубине души знаю, что это не так.
Ко мне не часто приходят гости, поэтому, открыв дверь, я с удивлением вижу на пороге незнакомую женщину. Я говорю «незнакомую», но, когда она улыбается мне и поднимает руку, чтобы неловко помахать, я понимаю, что, конечно же, знаю, кто она такая.
– Я прошу прощения за свой столь неожиданный визит, Хэлли, – говорит она. – Я Анастасия. Генри, возможно, упоминал обо мне, ну, по крайней мере, я надеюсь, что упоминал. Он так много о тебе говорил, что мне кажется, я тебя уже знаю.
– О боже, да. Привет. – Я чувствую себя немного ошеломленной. Генри так часто говорит об Анастасии, что мне кажется, она знаменитость, но я никогда не встречалась с ней лично, потому что она всегда ужасно занята. А потом у меня внутри все переворачивается, зачем она пришла?
– Все в порядке, – быстро добавляет она. – Извини, у тебя был такой испуганный вид. Я просто ищу Генри. Его нет дома, и, наверное, я понадеялась, что он с тобой. Он не отвечает на мои звонки, и я очень беспокоюсь о нем.
– Его здесь нет. Он сказал, что собирается домой к своим родителям, – отвечаю я, положив конец ее страданиям. – Мы тоже уже какое-то время не разговаривали. Он сказал, что хочет побыть один.
Анастасия кивает и обхватывает себя руками.
– В этом году я была слишком занята собой. У меня куча дел, и мой парень переехал в Ванкувер, и, наверное, таким образом я пытаюсь сказать, что очень сожалею о том, что до сих пор не нашла времени познакомиться с тобой. Я знаю, ты много значишь для Генри. Я безмерно счастлива, что у него есть ты, и я бы сказала ему это снова, если бы он перестал меня игнорировать. – От слов, что Генри не отвечает на ее звонки, в некотором роде мне становится немного легче, хотя я понимаю, что так нельзя. У меня появляется небольшая надежда, что все образуется, когда я понимаю, что Генри делает именно то, что собирался сделать.
– Мы вроде как чуть не встретились в прошлом году. Мы были на одной вечеринке, и я увидела, что ты разговариваешь с Генри, но тогда мы с ним еще не очень хорошо знали друг друга, поэтому я подумала, что ты его девушка.
Анастасия смеется, хотя ее смех больше походит на гогот.
– Девушка? Он предпочел бы хранить целибат до конца своих дней. Генри нравятся только высокие девушки, такие, как ты. Ты его идеальный тип. Однажды Генри сказал мне, что у меня слишком маленькая задница для такого самомнения и что он собирается выставить мне счет за физиотерапию, поскольку у него болит шея из-за того, что он всегда смотрит вниз, когда вынужден со мной разговаривать. Так что я определенно не подхожу на роль девушки.
