– Переживешь. Я собираюсь посмотреть телевизор внизу, присоединяйся, если хочешь.
– Я спущусь, когда закончу этот набросок. Эй, Расс… – Расс останавливается, придерживая дверь моей спальни открытой. – Я тоже не уверен, что делал бы без тебя.
– Я прерываю важный момент? – Мы оба выглядываем в коридор за дверью моей комнаты. – Могу уйти, если вам двоим нужно уединиться.
Улыбающееся лицо Хэлли – это последнее, что я ожидал сегодня увидеть.
– Думаю, что мы все в особом настроении, если честно. Очень рад тебя видеть, Хэлли, – говорит Расс, тут же пропуская ее в мою спальню. Дверь за ее спиной закрывается, и я встаю с кровати.
Ее глаза припухли, но они сияют, а под ними – черные круги от растекшейся туши.
– Что ты здесь делаешь? Почему ты похожа на панду?
Из всего, что я хочу ей сказать и о чем хочу спросить, это первое, что слетает с моих губ.
– Я пришла на заседание совета директоров. – Она лезет в сумку и достает книгу, над которой я работал много часов. – Думаю, нам нужно обсудить все нарушенные за последнее время правила. Ты читал мою книгу.
– Не было такого правила, чтобы не читать твою книгу, – возражаю я, делая шаг к ней. – Но я бы его нарушил, если бы оно было. С этого момента я хочу читать каждое слово, которое ты когда-либо напишешь.
– В книге была большая ошибка. На самом деле, огромная. – Мое сердце ухает в пятки. Я проверял ее много раз.
– Что за ошибка?
Хэлли широко улыбается.
– Там сказано, что у меня есть парень. Но насколько я помню, никто не просил меня стать его девушкой.
– Хм-м. Ты уверена?
– Генри, поверить не могу, что ты сделал из моей книги книгу. – Она поднимает роман в переплете и делает маленький шаг в мою сторону. – И ты записал для меня аудиокнигу.
Я киваю, потому что да, черт побери, так я и сделал, и это было охренительно трудно. Я по-новому взглянул на всех рассказчиков, которых слушает Хэлли. Затем я вспоминаю одну вещь, о которой мне не терпелось ее спросить.
– Ты изменила концовку. Я верил, что мой парень справится. Но почему ты отклонилась от запланированного?
Хэлли прижимает книгу к груди, и все эмоции, которые я испытывал, читая книгу, отражаются на ее лице.
– Я не могла смириться с мыслью, что двое влюбленных людей не получат счастливый финал. Они заслужили шанс.
Я сокращаю расстояние между нами и накрываю ее губы своими. Наш поцелуй – это безумие и отчаяние, радостное волнение, вызванное тем, как давно мы не целовались. Оторвавшись от ее губ, я прижимаюсь к ее лбу своим, пока она подталкивает меня спиной к кровати и забирается ко мне на колени, когда моя задница касается матраса.
– Я люблю тебя, Хэлли.
– Я тоже тебя люблю. Пожалуйста, не разбивай мне сердце.
Сейчас в основном я испытываю облегчение, потому что после месяца разлуки боялся, что ее чувства ко мне угасли.
– Никогда.
Я притягиваю ее губы к своим, медленно и сдержанно. Терпеливо, хотя меньше всего мне хочется сейчас проявлять терпение. Я хочу наслаждаться тем, что она здесь, со мной, когда я думал, что не увижу ее целую неделю.
Подождите-ка.
Откидываясь назад, я хмурюсь.
– А что насчет твоего рейса?
– Я позвонила маме и сказала, что не хочу ехать. Она подумала, что, возможно, что-то случилось, но я честно призналась, что присутствие Эллингтонов негативно на мне отразится, и я решила не подвергать себя такому мучению только ради того, чтобы все остальные были счастливы.
Я горжусь ею.
– И что она сказала?
Хэлли сияет.
– Она, конечно, расстроилась, что не сможет провести со мной время, но сказала, что, если я захочу поехать с ними в отпуск в следующем году, мы можем это сделать своей семьей – без Эллингтонов. Она рада, что я в первую очередь забочусь о своем благополучии, и собирается привезти моих сестер в гости на Пасху.
– Хэлли, это невероятно. Я очень рад за тебя.
Она кивает, и видно, что она тоже за себя счастлива.
– Да, она очень старается.
Хэлли обвивает руками мою шею, а я – ее талию, и мы просто сидим в объятиях друг друга.
– Значит ли это, что эту неделю ты проведешь со мной?
– Э-э, нет. Вообще-то, мне нужно убегать минуты через две.
Я так быстро поворачиваюсь, чтобы посмотреть ей в лицо и понять, шутит ли она, что она чуть не падает с моих колен.
– Куда ты собираешься?
Она широко улыбается, и я знаю, что, какой бы ни был ответ, я переживу, главное, видеть ее такой счастливой.
– Я собираюсь в свою первую девчачью поездку! Я позвонила Авроре, когда уезжала из аэропорта Лос-Анджелеса, и она сказала, что я все еще могу поехать с ними. Мне просто нужно поторопиться и добраться к ним со своим паспортом. Я так нервничаю, но в то же время взволнована, хотя ничего не смыслю в гоночных автомобилях. А еще Аврора сказала, что мы должны будем поддерживать команду, и что их цвета мне очень подойдут, но, ей-богу, это не та команда, которую спонсирует ее семья, и я много болтаю, потому что взволнована, но мне на самом деле пора идти.
