– Привет, пап, – поцеловала сидящего за обеденным столом отца. Налила кофе и положила в тарелку порцию приготовленного для нас завтрака. – Пап, дай, пожалуйста, свой телефон, я Вике напишу сообщение, чтобы не теряла, а то баланс в минусе.
Олег достал из кармана пиджака смартфон, разблокировал его и протянул мне.
Отправив Вике СМС для отвода глаз, поспешила найти телефон Романова. Чувствовала себя заправским шпионом, каламбур, ей-богу. Отправила контакт себе и удалила исходящее сообщение. Блин, по спине пара капель пота побежала. Одни волнения с этим Романовым.
Весь день прошел как в тумане. На кричащих и резвящихся во время перемены детей я почти не обращала внимания. Лишь на уроках, давая тему, ненадолго отвлекалась.
Но все равно в любую свободную минуту заходила в контакты и смотрела на номер Игната. Ну не могла я ему вот так просто взять и позвонить. Не могла и все. Поэтому каждая попытка набрать его номер заканчивалась неудачей.
Вечером отец заметил мое странное поведение и поинтересовался, что такого мог сделать мой телефон, что в итоге я смотрю на него уже битый час с враждебностью. Ответить мне было нечего, в очередной раз врать не хотелось, а на правду не хватало решимости. Мотнула головой в надежде, что он поймет и прекратит свои расспросы. Олег хлопнул ладонями по ногам, цыкнул и, вздохнув, придумал для меня оправдание.
– Ладно, если не хочешь разговаривать, так и скажи: нет настроения.
Я пожала плечами и вымученно улыбнулась. Рука сама по себе потянулась к животу, и я, лишь в последний момент заметив это, опустила ее ниже и начала похлопывать себя по ноге, отзеркаливая жест Олега. Он кивнул и, пробормотав, что у него дела личного характера и этой ночью его не будет дома, развернулся и ушел.
«Чуть не спалилась», – крикнуло подсознание. А руки, жившие собственной жизнью с недавних пор, быстренько заняли облюбованное ими место на животике сразу, как отец исчез за дверью.
Интересно, кто у меня будет, мальчик или девочка?! Беззаботно улыбнулась и представила пухлого карапуза. Ну милота же.
С папаней бы связь наладить, выжить после родов – и вот, можно сказать, то, к чему я стремилась всю жизнь, на блюдечке, прямо передо мной.
Семья. Настоящая. Моя.
Даже если в этой семье будет всего два человека – я и мой ребенок. Все равно это будет прекрасно. Тем более было ощущение, что дедушка у нас замечательный. И его тоже уже можно считать семьей. Несмотря на довольно непродолжительное знакомство, ощущение, что знаю его вечность и глубоких взаимных чувств меня не покидало.
Не знаю, сколько бы еще я продолжала так рефлексировать, но на следующий день решение ситуации пришло оттуда, откуда я ожидала меньше всего.
Московская область встретила нас неприветливо: холодной и пасмурной погодой. На перроне уже стоял мой бета с сопровождением.
Мы не стали возвращаться в Москву на самолете, слишком большой поток людей. Про свой частный самолет я вообще молчу, Назимов в считанные секунды бы узнал, что я прилетел, тем более не один. А мне нужно было время. На машинах удобнее, но волки не любят находиться в закрытых пространствах настолько долго. Парни ни за что на свете не воспротивились бы моему решению, но я прекрасно понимал их и поэтому, когда один из волков предложили вариант железной дороги, я с радостью пошел на компромисс.
Оборотни не ездят поездами, зачем им? Близко – на машине, чуть подальше – самолет. Поэтому, в тишине, спокойствии и, главное, конфиденциальности мы добрались до Подмосковья, выкупив билеты на весь вагон, что оказалось не так-то просто, но при должном старании и силе моих волков вполне возможно.
В моем загородном доме, о котором никто не знал, кроме своих, сейчас было много волков, пожалуй, даже чересчур много.
– Зачем столько? – с нескрываемым раздражением спросил Александра сразу, как вышел из машины.
– Ты что, серьезно? – недоуменно протянул он. – Она луна, и мы держим ее в заложниках. Не знаю, о чем ты думаешь, но Назимов такого не простит даже тебе.
Я не успел ему ответить, во двор въехала машина, из которой и вышла наша луна собственной персоной.
«Сука конченая, когда уже на покой отправишься?! Спокойно… спокойно…»
Статная, знающая себе цену и даже, скорее, возомнившая себя намного важнее, чем она есть на деле, худая как трость с аккуратно уложенной прической прядь к прядке, ядовитая как змея, полукровка. Она выглядела на пятьдесят человеческих лет, на самом же деле через пару годков ей стукнет сотня.
Даже сейчас, находясь под конвоем и на моей территории, чувствовала себя королевой. Не позволяла к себе притронуться и шла самостоятельно в указанном направлении. Плавная походка, ровная спина, надменный взгляд, таивший в себе вызов, и появившаяся усмешка, стоило ей только увидеть меня.
