В таком жутком ритме я провела следующие две с лишним недели. Просыпалась к обеду, обедала (кушать это хорошо всегда! Особенно если устаешь так, что не ешь, а буквально жрешь), потом мастер занимался со мной теорией. Да, он сказал, что чтобы быть лучшей, надо быть лучшей и в учебе. Поэтому он не только подтягивал меня по моим проблемным предметам вроде джахарийского и фларенского языков, но и объяснял новые дисциплины. Их был целый ворох: изучение видов холодного оружия, изучение видов огнестрельного оружия, теоретические аспекты боя с холодным оружием, теоретические аспекты стрельбы, определение оружия и создание легенды. Помимо этого, остальные предметы, изучаемые нами ранее, обрастали новыми деталями, так что занятий в академии явно прибавится. Пока мы занимались только первыми тремя дисциплинами. Плюс новые языки: креанский и фолийский. Я свихнусь. После активного впихивания знаний в мою голову, у меня было свободное время, которое я тратила… Как думаете на что? Да-да, на него. На прекрасный, чудесный, просто великолепнейший… Сон. Ага. Чтобы проснуться к восьми, пойти в тренировочный зал, выйти оттуда в семь утра, завалиться спать и снова по кругу. Жуть, да? И ведь не пожаловаться никому. Папа занят, да и я подписала договор о неразглашении. Эх-х…
Проснувшись в среду третьей недели, как обычно около часа, я, нацепив футболку и шорты, вышла из комнаты. Еда-а… Мне нужна еда. Кушать! Кормите меня всем что есть! Вот только в кухне никого не оказалось. В зале тоже. Хм-м… У меня что… Выходной? Ура!
— Йес! Йес-йес-йес! — помолотив воздух, пропищала я счастливо. После чего порылась в кухонных шкафах, раздобыла себе пачку вредных, но вкусных чипсов и с предвкушением направилась в гостиную к телевизору. О, наконец-то я проведу день ленясь…
На экране шли какие-то развлекательные передачи, так что я насмеялась от души, при этом не поработав мозгом. Кажется, я ощущаю как он расслабляется. Пачка чипсов давно закончилась, пачка печенья тоже, а на столике перед диваном образовалась свалка из пачки от первого и второго, плюс несколько баночек из-под йогуртов и пустой графин. Я же лениво развалилась на диване. Стрелка часов уже подползала к восьми, так что я с опаской ожидала, что мастер явится на вечернее истязание. Но ни в восемь, ни в половине девятого никто не пришел. Так что я расслабилась и переключилась на какой-то фильм. О, ужастики! Даже не вспомню, когда я вас последний раз смотрела.
…дверь со скрипом открывается, и мужчина входит в комнату. Шорохи затихают, а он обводит помещение фонарем.
Музыка начинает становиться громче, а герой медленно подходит к шкафу и тут…
— Привет, мелочь.
Я закричала вместе с героем фильма и подорвавшись с дивана шарахнулась в сторону. И только упав за кресло, поняла, что сделала.
— Вот блин…
Тем обиднее было услышать дикий ржач прямо над моей головой.
— Ох, не могу… Ну ты… — сгибаясь от хохота простонал мастер. Я покраснела и попыталась встать. Черт, гребаное кресло!
А у мастера новый приступ случился. Вот же… Кони и то приличней, чем он.
— Помочь?
— Нет, — гордо отказалась я и попыталась вылезти из-за кресла. Угу, так у меня и получилось.
— Давай помогу, — весело сказал мастер и, схватив мои ноги, дернул вверх. Я пискнула, и закричала громче, оказавшись вниз головой.
— Хм, кажется, я начал не оттуда, — мои ноги отпустили, и я грохнулась обратно.
— Ау… — я потерла локоть. Вот же! Слон в посудной лавке!
— А если так? — он запустил руки за кресло и перехватив меня поперек туловища потянул вверх, — О, получилось! — он улыбнулся, — Ты та-акая лохматая.
— Отпустите, — я затрепыхалась в попытках обрести твердую землю.
Мастер же не спешил ставить меня на место, держа на вытянутых руках и рассматривая как зверушку. Я недовольно на него зыркнула, а он, фыркнув соизволил-таки поставить меня на пол.
— Ты бы хоть свет включала, если так боишься.
— Я не боялась, просто момент был страшный, — насупилась я, — А тут Вы вошли, естественно я испугалась!
Он фыркнул, и закатив глаза направился к кухне. Только сейчас я обратила внимание на пакеты возле двери.
— Ты ужинала? Хотя, судя по мусорке на столе нет. Выключай эту пакость и иди сюда, — он подтащил пакеты и начал их разбирать.
— И ничего это не пакость, неплохой фильм, — я послушно выключила телевизор, на котором тварюшка из фильма уже утащила незадачливого парня, и принялась собирать упаковки от моей вредной трапезы.
— Ты просто не видела нормальных ужастиков, — фыркнул мастер, включая плиту, — Вот их без света смотреть вообще нереально.
— То есть Вы признаете, что Вам тоже было страшно?
Мне подарили скептический взгляд. Я хмыкнула и свалила пакеты в мусорку. Потом закрыла шкафчик и обернулась, замерев в нерешительности.
— Разбери пакеты и сделай салатик какой-нибудь, — не отвлекаясь от нарезки мяса отдал мне распоряжение мастер. Я послушно взялась за дело. Потом, нашла овощи, и вымыв принялась нарезать. Правда в молчании делать это стало скучно, однако заговорить с мастером не решалась. Но, видимо, скучно было не только мне.
