Когда замуж, Инка? полностью

Я мечусь между ними с фальшивой улыбкой на лице. Господи, прости мне то, что я сейчас совершу!

– Я теперь… вице-президент в операционном подразделении. – Мне кажется, что я сама кривлюсь от своего вранья.

– Шикарно! – Алекс явно впечатлен. – Молодчина!

– Благодарю. Как вам служба? – тороплюсь я поменять тему.

– Понравилось, очень, – отвечает Алекс без малейшей запинки. – Совсем как в церкви у меня дома, в Бристоле.

– Значит, ты и на следующей неделе придешь? – спрашивает, трепеща ресницами, тетя Дебби.

– Непременно! – Алекс поворачивается ко мне. – Вы – верная прихожанка, Инка?

– Самая что ни на есть! – почти кричит моя мать, обжигая меня взглядом. – Останетесь пообедать, Алекс? Обычно мы ходим в китайский ресторанчик «Алди», это здесь, рядом. Наши прихожане его обожают.

Алекс прочувственно прижимает ладонь к груди.

– Я бы с радостью, тетушка, но, увы, я обещал помочь брату с его университетским проектом. Может быть, в следующее воскресенье? – Этот вопрос обращен и ко мне, от этого у меня щекочет в животе.

– Отлично!!! – визжит тетя Дебби, и у меня пропадают все собственные варианты ответа. – Нам пора. Нам с Толу еще надо поболтать с пастором.

– Это о чем же?.. – У мамы недоуменный вид, но тетя Дебби уже тянет ее за собой.

Мы с Алексом провожаем их взглядом. Первая моя мысль – «слава богу!», вторая – «что ему сказать?».

– Ну так что ж… – первым нарушает молчание Алекс. Я моргаю. Какой же он сексуальный!.. – Вы действительно не владеете йоруба?

– Знаю пару-другую словечек, только и всего. – Я делаю неопределенный жест. – Что бы ни говорила моя мать, она совершенно не пыталась меня научить.

Алекс смеется, позволяя мне любоваться его безупречными зубами.

– Ваша мать, Инка, сильная женщина.

– Это еще мягко сказано. – Я выдуваю воздух. – Она что-то сказала вам на йоруба, а вы ответили «спасибо»?

– Она сказала, что я красавчик. – Алекс качает головой. – Вы с ней согласны?

«Еще бы!» – слышу я свой беззвучный крик. В реальности я закатываю глаза.

– Я, конечно, шучу, – оговаривается он со смехом.

Красавчик и скромник.

– Как вышло, что вы знаете йоруба? – интересуюсь я, стараясь на него не глазеть.

– После окончания университета я несколько лет работал в Нигерии.

Я жду, что он сдвинется с места – можно ведь беседовать и на ходу, – но он все еще стоит столбом. Ему хочется со мной разговаривать! Он рассказывает, как изучал компьютерное программирование в университете Кардиффа, как потом отправился в Лагос, помогать отцу (тот занимается кейтерингом) и делать для него веб-сайт; он взял на себя все контакты с клиентами, помогал на кухне. Он приехал туда с приличным йоруба, но некоторые отцовские клиенты все равно не принимали его всерьез.

Пришлось уделить время практике языка. Однажды он преподнес отцовским клиентам сюрприз: вдруг ответил им на их родном языке. Им сразу захотелось установить с ним партнерские отношения.

– Зачем же вы вернулись в Британию? – спрашиваю я, стараясь не отвлекаться на его губы, созданные для поцелуев. – Дайте угадаю: соскучились по дождю?

Выражение лица Алекса меняется, он хмурится.

– Умерла моя сестра, – отвечает он, откашлявшись. – Мы с ней были близнецами.

Я накрываю ладонью рот.

– Попала в аварию. Я должен был поддержать мать.

– Мне так жаль, так жаль, Алекс!.. – Мне хочется его обнять, но вместо этого я говорю: – Я знаю, что значит потерять самого близкого человека. – Он приподнимает брови, и я уточняю: – Мой отец умер от рака, когда мне было десять лет.

– Проклятье! Грустно это слышать… – Он надувает щеки. – Так тяжело справляться с горем… Хочу спросить: с годами становится легче?

– Как-то привыкаешь, – отвечаю я с теплой улыбкой.

Мы молча смотрим друг на друга, желая что-то сказать, но сдерживаясь. Волшебный момент! Ни вымученности, ни недопонимания, ни неуклюжести, ни сдавленности. Самая что ни на есть искренность.

– Наверное, нам пора идти, – не выдерживаю я – и разрушаю очарование.

Мы проходим каждый по своему ряду и встречаемся в центральном проходе. До меня только сейчас доходит, что зал уже опустел. Мы болтали невесть сколько времени.

– Ну а как вы развлекаетесь? – спрашивает Алекс оживленным тоном.

– Люблю поесть в каком-нибудь занятном местечке. Что-нибудь посмотреть по Netflix за едой. – Я усмехаюсь.

– Надо же, я тоже гурман. – Видя мой взгляд, он поправляется: – То есть я люблю готовить.

– Какую кухню предпочитаете? Итальянскую? Индийскую?

– Ни в коем случае! Только нигерийскую.

Ну конечно!

– А вы? – спрашивает он перед самым выходом. – Любите готовить? Умеете готовить нигерийские блюда?

– Если честно… – Только бы это не стало камнем преткновения! – Я не готовлю нигерийскую еду. Потому что допоздна работаю. Доползаю до дому совершенно без сил.

– Что у вас обычно на ужин?

– Что-нибудь, не требующее времени, вроде пиццы.

– ПИЦЦЫ?

– Или пасты. Когда хочу себя побаловать, ем курочку.